Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Этот дом, товарищи, построен еще в XIX веке, и он является объектом культурного наследия. Наш долг отстоять памятник старины! Не дадим покуситься на святое!

В толпе перед трибуной загудели:

– Какие еще памятники старины? Жрать нечего, а он о культурном наследии беспокоится!

– Товарищи, давайте послушаем Клавдию Мефодиевну! – прокричал в мегафон ведущий митинга. – Она с рождения живет в этом доме, и ей есть что сказать!

На трибуну решительно поднялась старушка в платочке. Она постучала пальцем по микрофону, проверила, как работает звукоусиливающая аппаратура.

– Товарищи! – звонким, совсем не старушечьим голосом выкрикнула она. – Я живу в этом бревенчатом доме с самого рождения и хочу вам сказать: снесите его на хрен! Мне семьдесят лет, и мне надоело зимой по морозу в нужник бегать! Снесите эту хибару и дайте нам нормальные человеческие квартиры!

– Молодец, Клава! – закричали из толпы. – Выдай им, сволочам, по первое число! Придумали, гады, какие-то памятники старины, а народу талоны всучили!

На трибуне наступило замешательство. Организаторы митинга не ожидали, что старушка начнет нести отсебятину. У Клавдии Мефодиевны отобрали микрофон и выпроводили ее с трибуны."

"– Товарищи, – вновь обратился к собравшимся организатор митинга, – это частное мнение неграмотной гражданки, но мы-то с вами знаем, что не в уличном туалете дело…

– В заднице твоей дело! – перебили оратора мужики. – Папаша твой мало тебе, бестолочи, ремня давал, вот ты и вырос таким тупым!

Два молодых человека, не обращая внимания на охранявших трибуну милиционеров, прикрепили к ней большой портрет Горбачева.

– Это тебе, Миша, от рабочих завода «Сибстроймаш»!

Парни наклеили на лоб Генерального секретаря талоны на дефицитные товары и скрылись в толпе.

– Кучеряво живут на «Сибстроймаше»! – загалдели митингующие. – Или им по другой сетке талоны выдают?

– Туфта это! – закричали от трибуны. – Талоны эти ненастоящие, от руки нарисованные!

С самого начала митинга я ходил по толпе и здоровался со знакомыми. К концу мероприятия я убедился, что не менее половины собравшихся были сотрудниками милиции, согнанными на площадь со всего города.

«Если сейчас в сторонку отойдут все менты и все кагэбэшники в гражданской одежде, то у трибуны останется человек двадцать, не больше, – подумал я. – Жалкая кучка горлопанов. Они без поддержки масс сами через пять минут разойдутся».

– Андрей, – выцепил меня в толпе Сергиец, – как дела? Убийство Шахини закрыли?

– Списали в архив, как пишут газетчики.

– А что с адвокатом?

– Малышев ездил к прокурору города, тот его послал куда подальше. Не будет Воловский адвоката в розыск объявлять. Не за что.