Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

– Николай Алексеевич, в третьей городской больнице лежит человек, укравший воровской общак в садовом домике адвоката Машковцова. Я съезжу, переговорю?

– Вчера звонил прокурор города. Он недоволен, что мы перестали делиться с ними оперативной информацией. Воловский так и сказал: «Вы что, перестали нам доверять?» Сейчас ты без ведома прокуратуры отработаешь свидетеля, и поднимется вой: «Почему на первом допросе не присутствовал наш следователь? Где взаимодействие между правоохранительными органами?»

– А кто сказал, что этот Лобов – преступник? Предположим, я от нечего делать обхожу всех больных в третьей городской больнице. Зашел в отделение травматологии, и мне первый встречный выложил всю правду-матку. Я, кстати, не знаю, чем разговор закончится. Денег-то у Лобова уже нет.

– Андрей Николаевич, давай подстрахуемся. Оформи поездку в больницу как отработку анонимного звонка. Напиши рапорт на мое имя, если что, им и прикроемся.

В больнице, перед тем как встретиться с Лобовым, я зашел в ординаторскую, переговорил с его лечащим врачом.

– Евгений Сергеевич поступил к нам вчера вечером, – сверяясь с историей болезни, начал врач. – Из травм у него выявлено: перелом пяти ребер справа и шести ребер слева, переломы трех пальцев рук, множественные гематомы по всему телу. На наши вопросы пациент пояснил, что упал с лестницы, катился кубарем вниз и все переломал.

– А как вы видите картину? – спросил я.

– Больного били ногами, били твердым предметом по кистям рук, тушили об него сигареты. На левой руке у пациента два характерных округлых ожога. Он говорит, что пьяный дважды промахнулся мимо пепельницы и сам о себя окурки затушил… Вы не подскажете, кто этот человек? Его ведь не с улицы подобрали, а прямо в приемный покой привезли. Не успели мы осмотреть больного, как прибежал завотделением с глазами по пятьдесят копеек и дал указание поместить пациента в отдельную палату. Кто он?

– Никто. После моего ухода можете перевести его в общую палату.

Врач равнодушно пожал плечами: «Не хотите говорить – не надо. Мне-то до этого больного и дела нет. Я уже сообщил о его травмах куда надо».

– Айдар, – повернулся я к Далайханову, – пока я буду у Лобова, узнай, кому передали сообщение о поступлении в больницу человека с криминальными травмами и какое решение будет принято по этому сигналу. Доктор, проводите меня к пациенту.

– У него скоро прием лекарств.

– Ничего страшного. При мне пилюли выпьет.

Евгений Лобов оказался смуглым пятидесятилетним мужчиной небольшого роста, щуплого телосложения. От внутренних болей черты лица его заострились, густые черные брови сомкнулись на переносице, словно мужчина однажды поморщился и не смог обратно разгладить лицо.