Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

 – Наташка сказала: «Не беспокойся, я не школьница, умею цикл высчитывать». Посчитала, ничего не скажешь!»

Движимый каким-то непонятным порывом, я сходил в соседний двор, посмотрел, как играют дети в песочнице, и чуть не завыл от отчаяния.

«Родится голубоглазый ребенок и мне всю жизнь перевернет! От алиментов я откручусь, на момент зачатия я не вел с Наташкой совместного хозяйства и жениться на ней не обещал. Юридически отцом ребенка будет Меркушин, тут меня любой суд поддержит… А кроме суда, будет ребеночек с голубыми глазами, он вырастет и скажет: «Ну и мразь же ты, папаша! Как же ты, подонок, посмел мою маму одну оставить?» И мне нечего будет ему сказать. Как я объясню ребенку, что у меня с его матерью биоэнергетика не совпадает, что я не люблю ее и не желаю быть ее мужем? Меня впереди ждет встреча с липучей женщиной, а Наташка мне своего ребенка подсовывает. Ну не свинство ли? Чего ей с Меркушиным не жилось? Родился бы голубоглазый ребенок, навешала бы Лене лапши на уши, и он бы поверил, что закон Менделя не всегда действует. У тещи же глаза разные, у самой Наташки глаза не понять в кого. Не в отца, это точно. Он, как и я, был голубоглазым. Маринка голубоглазая. Петр. Одна Наталья в семье кареглазая. Я пока у тещи глаза не увидел, думал, что она Наташку нагуляла где-то».

Насмотревшись на детей, я пошел в райотдел.

«Еще не все потеряно, – успокаивал я себя. – У меня и у Меркушина шансы стать отцом поровну… А вдруг в этой пьесе участвует еще кто-то? Нет, зря я про Наташку плохо думаю. Не потаскуха она, ни в коем разе. Со мной у нее был всплеск души, прощание с увядшей любовью. Не было между нами третьего мужика, только я и Меркушин. Вот кому не позавидуешь! Здоровья нет, работы нет, жены, которая могла бы поддержать в трудную минуту, тоже нет. Ребенок, на которого он сделал ставку, и то не его. А чей? Мой, что ли? То-то теща увещевала: «Не бросай Наташу!» Я бы не бросил, да вот жить с ней не смогу. Жить без любви ради общего ребенка – это условность. Я враг условностей. Пока враг. Запищит ребеночек, протянет ручки, и то, что было условностью, станет осознанной необходимостью».

До конца недели я раз за разом названивал Наталье. Тщетно! Трубку никто не брал. Я даже подумывал, не сходить ли мне к Меркушину, потолковать по-мужски, поинтересоваться, что мне делать: пеленками запасаться или ограничиться дежурными цветочками в конце июля.

«Нет, Меркушин – не вариант, – решил я. – Советоваться мне не с кем, остается ждать, чем дело кончится».

Глава 29. Женщина за спиной

Было теплое летнее утро, в ветвях щебетали мелкие пташки, ласковый ветерок приятно обдувал лицо. По пустынной улице я вел в детский сад мальчика, одетого в матросский костюмчик. Мальчик что-то рассказывал мне, а я думал о своем.