Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Командир наш говорит: «Будем, товарищи, до последней капли крови с немцами биться!» А среди нас трое пацанов – немцы, дети спецпереселенцев. Они как закричат: «Ты с нами, что ли, воевать собрался?» Командир опомнился и говорит: «Воевать будем с фашистами, а сейчас давайте план обороны поселка разрабатывать».

В зал вошла Елена Викторовна.

– Гена, давайте спать укладываться. Поздно уже. Завтра детям в школу, а нам всем на работу.

– Вот так же, – Клементьев рукой показал на жену, – закончилась наша партизанская служба. Как стемнело, все разошлись по домам, а на другой день солдаты никого на улицу не выпустили.

– Сколько живу в Верх-Иланске, ничего об этих событиях не слышал.

– Как только все улеглось, в поселок приехал первый секретарь обкома партии, собрал коммунистов, комсомольцев, активистов и говорит: «Запомните, никакой «войны» в Верх-Иланске не было! Всем непонятливым разъясните: за распространение слухов о бандеровском мятеже будем судить по статье «Антисоветская агитация и пропаганда». Десять лет по тем временам. Но слухи-то все равно были. Поговаривали, что Дегтярев дал бандеровцам возможность собраться на плацу, а как только они пошли к зданию администрации колонии, по ним солдаты из пулеметов вдарили и всех покосили. Орден Красной Звезды у него видел? Он его получил за раскрытие бандеровского заговора и организацию обороны Верх-Иланска.

Перед сном мы ушли на кухню покурить, но опять разговорились и засиделись далеко за полночь.

– К середине июня из лесоповальной зоны всех оставшихся в живых галичан пешим строем куда-то увели, и больше их никто не видел. Расстреляли, наверное. На их место так никого и не завезли, а саму зону после смерти Сталина расформировали. Военнопленных немцев в начале пятидесятого года в Германию репатриировали. Но они в мятеже участия не принимали.

– А те эсэсовцы, что прятались в лесу? Из них кто-нибудь вырвался на волю?

– К началу бомбардировки дальний лес уже был оцеплен солдатами. Всех, кто в нем был, уничтожили. А вот эсэсовцы, кто на отдаленных лесоповальных пунктах со своими сообщниками-зэками объединился, те, возможно, уцелели. Ушли лесами в соседнюю область и растворились среди местного населения.

– В каких геройских краях я ссылку отбываю!

– Вот такой знак тебе о чем-нибудь говорит? – Клементьев нарисовал знакомую руну."

"– Конечно, говорит! Я скоро стану специалистом по нацистской символике, смогу секретную диссертацию написать. Эта руна – «Волчий крюк», только у нее поперечная палочка неправильно нарисована, она меньше должна быть.

– А вот и не угадал! Это вовсе не «Волчий крюк», а знак эсэсовцев из дивизии «Галичина». Они удлинили у немецкой руны в два раза поперечную линию и стали считать этот новый знак своим национальным символом.