Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

В прошлый раз он выпутался, когда назвал меня Ирой, в этот раз я из него вытрясу, что за шмара у него завелась…»

Римма Витальевна догадывалась, что она не единственная женщина у Бурлакова, но до сих пор он умело разводил своих возлюбленных во времени и пространстве. А уж о том, чтобы сорвать свидание, и речи не могло быть!

«Не решил ли он избавиться от меня? – накручивала себя Козодоева. – Все-таки у нас такая разница в возрасте… Но разве я за ним когда-нибудь бегала? Это он предложил встречаться. У меня и в мыслях не было с бывшим студентом флиртовать. Он был инициатором… Мне надо расставить все точки над i, но так, чтобы не получилось, что это он охладел ко мне, а я жить без него не могу и готова часами стоять под дверью. Навязываться со своей любовью я ни одному человеку на свете не буду. Проплачусь в подушку и буду дальше жить как ни в чем не бывало».

Грустные мысли об ускользающем женском счастье прервала заглянувшая в преподавательскую секретарь декана факультета.

– Римма Витальевна, Сергей Владимирович, в два часа – внеочередное заседание парткома. Павел Георгиевич будет ждать всех коммунистов в малом зале.

– Я в парикмахерскую записана на два часа, – попробовала отговориться Козодоева, но секретарша ее даже слушать не стала: фыркнула и скрылась за дверью.

– Будешь лохматая ходить! – поддел коллегу Сергей Владимирович, преподаватель теоретической механики."

"– Что стряслось? – оторвался от конспекта Колосков, аспирант их кафедры, тихий молодой человек.

– Не твое комсомольское дело, – весело ответил Сергей Владимирович. – Подрастешь, вступишь в КПСС, тогда узнаешь, что на партийных собраниях обсуждают.

Заседание парткома было посвящено укреплению трудовой дисциплины. Вводная часть новизной не отличалась: «Студентов с занятий раньше не отпускать, самим в рабочее время по магазинам не бегать». Некоторое оживление среди собравшихся началось, когда слово взял декан факультета.

– Зачитываю вам документ, поступивший в институт из органов народного контроля. Петр Иванович, прошу вас!

К трибуне вышел преподаватель Смоленский.

– Не надо ничего зачитывать, – попросил он. – Я сам все объясню коллегам. Товарищи, вчера в рабочее время я был задержан в центральном универмаге дружинниками. В свое оправдание могу сказать, что я пошел в магазин во время «окна» между парами.

– Это не имеет значения! – перебил Смоленского приглашенный на заседание парткома руководитель партийной организации института.

– Как не имеет значения? – дружно возмутились преподаватели. – Нам что, теперь в свободное время нельзя из института выйти? Мы – не крепостные крестьяне, нас к институту цепями не приковывали.

Начавшийся было диспут не успел разгореться.