Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Когда он, сглатывая ком в горле, говорил о своей матери, у Мишки сами собой сжимались кулаки. Он в любой момент готов был постоять за честь поруганной женщины, за оскверненный семейный очаг Козодоевых.

– И что ты надумал? – спросил впадающего в отчаяние друга Быков. – Может, рожу ему набьем? Подкараулим на улице, я ему так врежу, что челюсть в трех местах сломается.

– Забудь об этом! Плетью обуха не перешибешь. Сломаешь ты Котику челюсть, он попадет в больницу и пошлет матери весточку: «Приходи, проведай, меня хулиганы избили».

– Почему «хулиганы»? – не понял Мишка.

– А как по-другому? Ты что, хочешь, чтобы я встал перед Котиком и сказал: «Я – сын твоей любовницы»? Тьфу, слово-то какое мерзкое – «любовница». Аж во рту неприятно стало.

– Да-а, дела, – протянул Быков. – Ситуация – хуже не придумаешь.

– Я, Миха, нашел выход из положения. Есть у меня план. Вспомни историю с Соколом. Тогда мы вовремя на месте крутанулись и в правильное русло попали. Сейчас я хочу повторить этот маневр и оставить Котика в дураках. Я продумал дерзкую «акцию», которая навсегда отобьет у этого гада желание встречаться с моей мамой. Но, Миха, один я ее не проверну. Если ты откажешься участвовать в деле, я тебя осуждать не буду. Такова, значит, судьба моя – оплеванным ходить.

– Да ты что, Серега! – возмутился Быков. – Ты меня за кого принимаешь? Я за друга пойду в огонь и в воду! Выкладывай, что надумал!

– Дай слово, что ни один человек на свете об этом не узнает. Никто. Даже она. – Козодоев показал рукой наверх, туда, где на лестничной клетке ждала их Кайгородова.

– Я в мужские дела девчонку посвящать не собираюсь, – заверил Михаил. – Насчет меня можешь быть спокоен. Я даже под пытками друга не предам.

– Никогда я в тебе не сомневался. – Козодоев порывисто обнял друга и тут же, смутившись, что не смог сдержать своих чувств, поспешно закурил.

Быков, сам растроганный до глубины души, дал приятелю возможность помолчать и прийти в себя. Не каждый день друзья дают волю чувствам. Мужики все-таки, все эмоции должны в кулаке держать.

Закончив с эмоционально-чувствительной вводной частью, Козодоев приступил к делу:

– Мой план такой: проникнуть в квартиру этого мерзавца и похитить у него письма матери. В понедельник мы придем к его дому в одиннадцать часов. Ты встанешь у подъезда на «атасе», а я войду в квартиру. Замок у него плевый, я его в одно касание вскрою.

Сергей четко и сжато изложил приятелю свой план. Мишка, без рассуждений согласившийся на проведение опасной «акции», изредка задавал вопросы, чтобы уточнить некоторые непонятные ему моменты.

– Как ты в большой квартире найдешь письма? – спросил он."

"– У тебя где родители заначку прячут? В шкафу, под стопками постельного белья. Тут два варианта.