Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Вероятно, это и мой последний фильм вообще, но с такой фурией, как ты, я не стану дальше работать при любом раскладе.

Вера, кажется, заподозрила, глядя в мое мрачное лицо, что я думаю о вещах, которые ей бы не понравились. Но она расценила это по-своему.

— Знаешь, я поняла, — убежденно сказала она. — Поняла, что тебе нужно. Нужно найти еще одну Армагерову. — Молниеносным взглядом я прожег ей дыру во лбу, но Вере было хоть бы хны. — Ну то есть в кавычках, конечно, — усмехнулась она. — Я говорю: такую же вот начинающую. Даже еще более начинающую. Которая вообще еще нигде не снималась. Я именно таких тебе поищу, ладно? Среди студенток. Уверена, там и получше можно будет найти, чем… Ладно, побегу, чтобы время зря не терять…

55

Я заснул в кабинете в полусидячем положении: голова, руки и грудь — на столе, остальное — на стуле.

Проснулся на рассвете, выкурил три сигареты подряд, спустился в буфет. К счастью, он уже открылся.

Вернулся к себе, дымя десятой уже сигаретой, и рухнул обратно на стул.

Но уже не на стол. Я сидел и глядел на дверь. Я знал, что Вера вот-вот войдет. Пытался придумать план дальнейших действий — но не получалось. Остается импровизировать.

«Буду импровизировать» — как часто я это себе повторял в различных ситуациях. Красивое, почти заграничное выражение. А на деле — просто позерская фраза, в действительности означающая: «понадеюсь на авось».

Но другого выхода, кроме этого «авось», у меня сейчас и нет. Сбежать — нельзя и остаться — нельзя. Если я сбегу, я облегчу жизнь тем, кто захочет отобрать у меня мое кино с моей Варей. Если останусь, то я усложню им жизнь. А результат все равно будет один. Рано или поздно… Ну так пусть лучше будет поздно, нежели рано.

Вера пришла в середине дня. Значит, на совесть поработала. Объездила, видать, все эти наши актерские вузы, вагонами плодящие никому не нужных потом лицедеишек… Пять процентов выбиваются в люди, еще десять — в полулюди, а остальные до конца дней обрекают себя на презренное существование на задворках искусства и псевдоискусства. Впрочем, есть еще те, кто находит в себе разум вовремя поменять профессию… Но я про таких не слышал. Если человек поступает на актера, значит, он уже неизлечим, заведомо.

И здесь мне известно одно только исключение — Варя, моя Варя… И зачем она это сделала?..

Она?! Стоп, неужели я тоже верю в эту чушь? Нет-нет, не верю. Это был несчастный случай. Ужасная, кошмарная, нелепая, ненужная случайность…

Или…

Ну что, что «или»?! Убийство? Волнистый ее, что ли, из окна выбросил? Бред. Абсолютный.