Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Взять хоть Валеру…

— Если б мне повезло так же, как ему, — перебил я, — то…

— А в чем ему повезло? — будто не понимала Варя.

— В вас.

— Будто бы? — Варя отвела взгляд.

— Вы сами это знаете, — настаивал я.

— Ничего я не знаю, — тихо молвила Варя. Как мне показалось, фраза эта прозвучала у нее почти сокрушенно.

33

Я побарабанил пальцами по рулю.

— А вы не хотите поужинать? — вдруг осенило меня.

Варя покачала головой:

— Нет, спасибо, я уже дома поела.

— Да, я тоже, — сознался я.

Как же глупо! Что делать дальше? Что сказать? Поговорить о фильме, о ее роли? Нет, сейчас ни о какой работе. Сейчас… Сейчас… Сейчас надо…

И тут я, словно повинуясь чьему-то колдовскому наущению, подался вправо, осторожно взял Варю за затылок, повернул ее лицо к своему — и, не давая ей опомниться, крепко поцеловал в губы.

Мы целовались секунд тридцать. Затем она мягко, без настойчивости, дала понять, что хочет прекратить. Я немедленно отпустил ее."

"— Варя… — начал было я, но она прижала палец к своим губам. Мол, не надо пока ничего говорить. И отвернулась от меня. Смотрела на улицу с преувеличенным вниманием, будто там происходило что-то интересное.

Я откинулся всей спиной на сиденье. Надо закурить. Нет, к черту! Пока мы с ней сегодня не простимся, я не закурю.

В голове моей бушевали смешанные чувства. Восторг от собственного поступка — и стыд за него. Наслаждение от случившегося — и страх перед тем, что будет дальше.

Если она пожалуется мужу? Плевать. Уж кто меня в этой ситуации волнует меньше всего, так это он.

Но Варю-то он волнует. Вероятно. И даже наверняка. Почти нет сомнений, что у нее к нему настоящие чувства. И в таком случае, если она все расскажет мужу, значит… у меня нет никакого шанса.

А вот если умолчит, то…

Да нет, даже если умолчит, это ничего не докажет. Она, может, не захочет меня подставлять просто. Она же такая. Добрая, деликатная.

А что насчет фильма? Если теперь она откажется сниматься? Имеет полное право, конечно. Договор она уже подписала, но, если пожелает, я не колеблясь разорву его на мелкие кусочки.

И все-таки я прав, что это сделал — поцеловал. Дал понять, что…

Гм, а что я дал понять? Может, она поняла все по-своему. Что я бабник, донжуан, который стремится затащить в постель каждую актрису… Это было бы ужасно — особенно потому, что абсолютно не соответствует действительности.

Однако она же не вырывалась. Не залепила мне пощечину, не выскочила из машины. Она не просто терпела мой поцелуй — она отвечала мне! И это уже не спишешь на доброту и деликатность… Неужели — тут я повернулся в сторону замкнувшейся и отвернувшейся пассажирки, но не посмел ее потревожить, — неужели я ей нравлюсь?

Ну, конечно, нравлюсь. Иначе она не пошла бы со мной в кино. Но она, верно, не думала, что я начну приставать.