Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

"

"Я думал, что мне повезло выпуститься уже при Хрущеве. Сразу выбился в режиссеры-постановщики. А будь на дворе малокартинье, я бы что делал? До сих пор бы ассистировал Юткевичу или Герасимову.

Или, может, вообще в документалистику подался. Как Рязанов когда-то. Да, он сумел из этой клоаки вырваться в нормальное кино, но, кажется, только ему такое и удалось.

В общем, спасибо товарищу Хрущеву за нашу счастливую младость…

10

Вдруг я увидел на экране девушку — и в ту же секунду понял, что это Варвара. Она играла совсем небольшую роль скромной деревенской девицы, которую, как нарочно, полюбил столь же застенчивый парень (или, как выражались в этом фильме, парубок). Оба героя были третьестепенными — необязательный побочный сюжет, призванный внести хоть какое-то разнообразие в сюжет основной, где двое влюбленных друг в друга передовиков (еще один парубок и еще одна дивчина) вступали в какое-то очередное идиотское соцсоревнование. В противоположность персонажу Варвары и ее хахалю главные герои были страстные и энергичные — однако смотреть на них и всю их ходульную любовь, которой только мешает одержимость высокими показателями удоя, являлось подлинным мучением.

Варвара же Армагерова сразу привлекла мое внимание. Она вообще ничего не играла (да и нечего было играть) — просто скромно сидела в сторонке, потупив глазки. Иногда она, впрочем, внезапно вскидывала взгляд — и даже от камеры неважного, как всегда у «довженковцев», оператора не могло укрыться, какие у нее огромные и прекрасные глаза.

Я был поражен. Фотографии Вари совершенно не передавали и десятой доли ее прелести. Я впервые увидел настолько киногеничную — и одновременно настолько нефотогеничную — актрису. Может, просто фотограф снимал криворукий?

Я смотрел на Варю какие-то три минуты — и вновь, теперь уже бесповоротно, поверил всем давешним излияниям Волнистого. Да, по такой девушке и впрямь немудрено сходить с ума.

В ней был какой-то невероятный магнетизм. Пожалуй, ее даже нельзя было назвать красавицей — в привычном понимании этого слова. Допускаю, что нашлись бы ограниченные мужчины, которых Варвара бы не впечатлила. Но человека, хоть самую малость восприимчивого к чему-либо тонкому и прекрасному, она не могла не покорить.

Она не была похожа ни на кого из всех девушек, которых я когда-либо знал лично, видел со стороны или просто наблюдал в кино, как сейчас ее. В течение нескольких минут я точно понял, что лично для меня Варя — абсолютное воплощение красоты. Во многом за счет своей уникальности, ибо (опять же лично для меня) прекрасное должно быть неповторимо. Красота штампованная, шаблонная, расхожая не интересовала меня никогда. «Привычная красота» — как это вообще? Оксюморон совершеннейший.