Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

А я почему-то очень понимал его и продолжал верить каждому слову, даром что всегда считал его болтуном и хвастуном. И потом я ничего не знал о его жене, но тоже сразу уверовал, что она — какая-то особенная. Слишком уж непривычно красноречивым был сейчас Волнистый.

Мне показалось, что надо хоть что-нибудь ответить на эту пламенную речь, но я сумел выдавить лишь:

— М-да, не знаю, что и сказать…

— Когда увидишь ее, сам все поймешь, — подмигнул мне Волнистый. — Так, значит, актрисы у тебя нет?

— Нет, нет…

— Ну так посмотри Варю! В смысле — пробы сделай.

Я усмехнулся:

— Валера, слушай, да все, что у меня пока есть, — это сценарий. Его на студии только читали, а в Госкино еще ничего и не слыхивали. Пока одобрят, пока запущусь, пока то да се… Это я не знаю, сколько еще времени пройдет…

— Так что ж ты не шевелишься? — недоумевал Волнистый. — Сходи уже в Госкино… А директор чего сказал?

— Сурин-то? Да он тоже не читал еще…

— Ну так если ты будешь таким настойчивым, то, конечно, как раз через десять лет и запустишься… Ладно уж, — Волнистый тяжко вздохнул, — я, если что, замолвлю за тебя словцо. Не боись — всё одобрят.

И опять он меня поразил."

"— Ты серьезно? — кинул я на него подозрительный взгляд. — Ты же сам хочешь это ставить! И при этом будешь содействовать, чтобы мне разрешили?

— А чего такого-то? — пожал плечами Волнистый. — Я ж не собака на сене, чтоб и ни себе, и ни другим… Раз уж ты такой единоличник, ставь сам, конечно. Ты автор, ты хозяин-барин. А я тебе, безусловно, помогу, но при одном условии. («Эге! — мысленно воскликнул я. — Так я и думал, а то откуда же такое бескорыстие?») Чтоб ты в обеих главных ролях снял Варю. Я, впрочем, мог бы и не выдвигать тебе тут никаких ультиматумов. Я знаю, что ты не сможешь ее не снять. Она идеально подходит на эту роль… на две то есть роли — и лучше ее ты в целом мире не найдешь!

Здесь я все-таки позволил себе некоторый скепсис:

— Так уж и в целом мире? Что — даже с Одри Хепбёрн твою Варю не сравнить?

— Какая там Хепбёрн! — отмахнулся Волнистый. — И рядом она не валялась. Сам скоро убедишься!

Что ж, ему по-настоящему удалось разжечь мое любопытство. Теперь я не успокоюсь, пока не увижу эту самую Варю… как там ее?

— Как, говоришь, фамилия-то? — наморщил я лоб. — Варвара…

— Волнистая, — вновь просиял, как медный пятак, Волнистый.

6

Он окончательно опьянел и уже начал меня немного раздражать своим непомерно экзальтированным отношением к жене.

— Она такая прелесть, такой идеал, — вещал Волнистый, уже даже не глядя на меня, будто разговаривал сам с собой. — Я самый счастливый человек на земле — и это не фигура речи! Для меня теперь абсолютно все хорошее, что есть в мире, сосредоточено только в ней, в моей Варе.