Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Плахотя демонстративно взглянул на часы.

– Гордеев, время близится к закрытию. Действуй, а мы посмотрим, как ты решения партии исполняешь.

Игорь без лишних слов ринулся в толпу, вдоль дома стал пробиваться к входу в магазин. Следом за ним – три милиционера, только-только пришедшие на пустырь.

– Вы не ответили на мой вопрос, – напомнил московский проверяющий. – В чем причина вашего отставания?

– Начинается! – не обращая внимания на начальство, сказал Горбунов. – Не выдержат наши вшестером, сомнут их!

Он повернулся ко мне, вопросительно посмотрел: «Что делать будем?»

Плахотя перехватил его взгляд.

– Оставайтесь здесь! – приказал полковник. – У нас к вам еще вопросы есть.

– Потом поговорим! – весело ответил я. – Пошли, Ваня, наших мужиков выручать! Последнее дело – в стороне оставаться, когда товарищи в беду попали.

– Эх, мать его! – взревел здоровяк Горбунов и как ледокол врезался в толпу.

Я едва поспевал за ним. С первых же шагов в толкучке у меня оторвался хлястик шинели, с треском отлетели пуговицы на груди, но я не отставал от Горбунова, иначе меня бы просто раздавили, превратили в бесформенный кулек с переломанными костями.

– Давай, Ваня, давай! – перекрикивая толпу, подбадривал я товарища."

"Активно работая локтями, посылая матом всех подряд, Горбунов медленно, но уверенно шел к поставленной цели – к крыльцу винного отдела. Оставшиеся позади нас покупатели в долгу не оставались, избрав для проклятий меня. Сколько матерных пожеланий я выслушал в этот вечер! В каких только половых извращениях не обвиняли меня земляки и сограждане, и плевать им было на милицейскую форму. Водка-то дороже уважения к представителям правопорядка! В другой ситуации никто из покупателей и голос на меня повысить бы не посмел, а тут, за десять минут до закрытия магазина, народ мог позволить себе все.

– Стрелять вас, коммунистов, надо! До чего народ довели! – кричали мне вслед.

– У самих дома водка ящиками стоит, а нам законный пузырь купить не дают! – вторили им из задних рядов. – Напирай, ребята, прорвемся! Как Зимний, штурмом возьмем!

Кто-то из оставшихся за спиной мужиков изловчился и ударил меня кулаком по голове. Удар смягчила шапка, было не очень больно, но чувствительно. Обернуться и посмотреть, кто осмелился поднять руку на сотрудника милиции, я не мог: Иван шел вперед, я – в его фарватере. Оторваться от Горбунова значило смешаться с толпой, где затоптать могут.

У дверей в винно-водочный отдел Горбунов остановился, движением могучей руки задвинул меня в узкое пространство между стеной и собой.

– Андрюха, – крикнул он. – Когда совсем хреново станет, упрись спиной в стену, а в меня руками. Иначе обоих раздавят.