Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Римма Витальевна поехала в больницу вместе с мужем. Сергей рванул следом на отцовской машине.

39Утро Римма Витальевна и Сергей встретили в областной больнице. В течение всей ночи, которую мать и сын провели на кушетке в коридоре, они не сказали друг другу ни слова.

Около семи утра из отделения реанимации вышел врач.

– Вы родственники Козодоева? Угроза жизни миновала. Можете ехать домой. Ваше присутствие здесь ничего не изменит.

– Доктор, скажите, что с моим мужем? Я у кого ни спрошу, никто толком объяснить не может. Все про какой-то приступ говорят. У него что-то с сердцем?

– У вашего мужа было кровоизлияние в мозг, спровоцированное напряженной работой и, возможно, какими-то неприятными событиями. Обычно летальность при таком диагнозе составляет от сорока до семидесяти процентов, но вам повезло. С первых минут Владимир Семенович попал в руки квалифицированных специалистов, и они буквально вытянули его с того света.

– Когда папа пойдет на поправку? – спросил заботливый сын.

– Что вы подразумеваете под этим? Вам угодно знать, когда он встанет и работать пойдет? – с явным недовольством ответил врач.

В последнее время однообразные дилетантские вопросы стали раздражать доктора. Иногда у него складывалось впечатление, что родственников беспокоит исключительно работоспособность пациентов, а не их будущее.

– Ты не то спрашиваешь, Сережа, – попыталась сгладить неловкий момент мать, но врач решил сразу же внести ясность в этот вопрос.

Он не желал потом выслушивать претензии. Дескать, вы нам обещали, что наш папа через неделю начнет говорить, а он пластом лежит и никого не узнает.

– Кровоизлияние в мозг может привести к необратимым изменениям в физическом и психическом состоянии больного. Вспомните Ленина. Он так и не оправился от перенесенного удара. Вы фотографии в журнале «Огонек» видели? Будьте готовы к тому, что после выписки Владимир Семенович станет таким же беспомощным, впадающим в детство человеком. О возвращении к прежней жизни и трудовой деятельности не может быть и речи.

Врач еще что-то говорил, но Козодоев-младший уже не слушал его.

«Ленин! – застучало в висках Сергея имя бессмертного вождя мирового пролетариата. – Его план захвата власти. Почта, телефон, телеграф! Медлить нельзя ни минуты. По уставу нашей фирмы в случае болезни отца директором СГТС становлюсь я, так что пора действовать. Промедление смерти подобно!»

Не попрощавшись с матерью, Сергей заторопился к выходу. Отец и его здоровье больше не волновали Козодоева-младшего. Наступило время бескомпромиссной борьбы, априори отвергающей всякую слюнявую сентиментальность. Папочка кончился. Живой труп не может быть родственником. Скорлупки от расколотого ореха даже голодным белкам неинтересны.