Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Стоит ему спросить задержанного: «Как ты обворовал магазин?» – и тот тут же начинает давать правдивые показания. Если в жизни так и бывает, то очень редко. В девяноста девяти случаях из ста вор пошлет тебя куда подальше и будет молчать, пока ты не припрешь его к стенке железными доказательствами. А где их брать? Ждать, пока эксперт Кибрит принесет? А если она не сделает этого? Что тогда? Ручки свесить и расписаться в собственной несостоятельности? Уголовный розыск должен сам добывать доказательства. Для этого существуют годами опробованные методы оперативной работы, включающие в себя шантаж, подкуп, угрозы, распускание выгодных для себя слухов, интриги, подтасовку фактов. Это приемлемо, соответствует закону? Конечно же, нет. Но как по-другому бороться с преступностью? В белых перчатках? А кому они нужны, не подскажешь? Простым гражданам? Нет. Вспомни сериал «Место встречи изменить нельзя». Жеглов подбрасывает кошелек вору-карманнику Кирпичу. Жеглов поступает в высшей мере непорядочно, но я еще не встречал ни одного человека, который осудил бы его. Шарапов по воле сценаристов возмущается поступком Жеглова, но все понимают, что это не более чем дань советской морали. Идеальный советский милиционер должен быть кристально чист, а на практике без двоемыслия ты не добьешься результатов. Настоящий опер должен быть человеком слова и тут же уметь создать условия, когда его можно нарушить. – Ефремов откинулся в кресле, посмотрел в глаза молодому коллеге. – Опер целыми днями возится в дерьме, копается в людских пороках, познает изнанку жизни. Зачем он это делает? Из любви к грязи? Нет. Запомни, настоящий опер в этой мерзости с ног до головы только для того, чтобы наши граждане видели ее грязь исключительно по телевизору. Его можно в любой момент выключить и остаться чистеньким. А вот если ты выйдешь на улицу, а там кругом одна грязь, то придется тебе в ней изгваздаться. Мой тебе совет. Если через полгода ты не перестанешь смотреть на мир сквозь розовые очки, тебя так и будут мучить мысли о порядочности и законности, то перейди в другую службу. Опер, душой болеющий за порученное дело, всегда должен быть готов к совершению поступка, который моралисты и чистоплюи сочтут гадким. У меня все. У тебя есть еще вопросы?

Выпроводив лейтенанта, Ефремов вызвал к себе Андрея Бериева, одного из своих лучших сотрудников. Прозвище Лаврентий тот получил как производное от своей фамилии. О конструкторе авиационной техники Георгии Михайловиче Бериеве мало кто знал, зато Лаврентий Павлович Берия всегда был на слуху у всех.

Поэтому парень иногда попадал в забавные ситуации.

Тот же Киселев как-то озадаченно спросил его:

– Почему тебя девчонки в секретариате Андреем зовут?

Лаврентию-Андрею было около тридцати лет.