Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

 – Утром ты должен быть свеженький, как огурчик. Если тебя уволят, то жизнь на этом не закончится. Запомни, мне нужен муж-защитник, а не пьяница и неудачник. Что ты на депутатов жалуешься? Уволят – найдешь другую работу. У нас скоро ребенок будет, а ты в депрессию решил впасть? Живо ложись спать и о работе больше не думай. Я всегда с тобой, и вместе мы преодолеем любые невзгоды.

Наутро мне было стыдно за свое поведение. Пообещав больше так не делать, я пошел на службу. По пути в управление мне казалось, что все встречные прохожие уже знают о моем увольнении и в душе рады этому. «Вам-то я что плохого сделал? – думал я, вглядываясь в их лица. – Маньяка не поймал? А мне давали его ловить?»

Не успел начаться рабочий день, как УВД всколыхнула новость: «Генерала Удальцова уволили!»

Встревоженные до предела, мы собрались у Большакова.

– Вчера министр приказ подписал, а сегодня его объявили, – подтвердил Леонид Васильевич. – Политика, тактический маневр! На сессии облсовета депутатам некого будет грязью поливать – виновник-то уже уволен, какой с него спрос?

В полдень меня, Большакова, Малышева и Клементьева вызвал Комаров, временно занявший кресло начальника областной милиции. Выстроив нас посреди кабинета, Комаров сразу же перешел к делу.

– Андрей Николаевич, ты не забыл, что я предлагал тебе перейти ко мне в штаб? – спросил он. – Что ты тогда ответил? «Я не мыслю себя без уголовного розыска!» Сейчас твое мнение не переменилось? Я дал выволочку Шмыголю. Если бы он вовремя среагировал на твой рапорт, то на сессии горсовета у депутатов бы слюны не хватило, чтобы в нашу сторону плевать. Но, как вышло, так вышло!

Я выпрямился, гордо поднял голову. Смертельный удар надо принять с достоинством, как подобает офицеру милиции.

– Генерал Удальцов приказ об увольнении Лаптева подписать не успел, а я его подписывать не буду. Для успокоения депутатов ограничимся строгим выговором. Работай, Андрей Николаевич! Ты – перспективный сотрудник, молодой, инициативный. Работай, а мы, областное управление, всегда тебя поддержим.

После этих слов Комарова у меня появилось чувство эйфории, словно я залпом выпил полстакана водки без закуски.

«Только бы в обморок не грохнуться», – подумал я, а кто-то третий, кто проник в мою голову, стал нашептывать: «Крепись, Андрей, здесь нельзя с полом обниматься. Выйдешь от Комарова, сядешь в приемной на стульчик, и все пройдет».

– С вами, Николай Алексеевич, – продолжил начальник штаба, – нам придется расстаться. Пишите рапорт на пенсию. До получения официального обращения горсовета я успею его подписать.

– Быть может, мне тоже выговор? – робко предложил Малышев.

– У вас, Николай Алексеевич, выбор невелик: или пенсия, или увольнение по отрицательным мотивам.