Дьявол носит чёрный

 – Я провел большим пальцем по ее щеке, зная, Мэд так поглощена нашим разговором, что не оттолкнет меня.

– Что произошло потом?

– Мне потребовалось всего несколько минут, чтобы понять, чего я хочу от жизни. Джулиан был вполне сформировавшейся личностью. Он хвастался, что станет следующим генеральным директором Black & Co. Говорил, что его воспитывали и готовили к этой должности. Джулиан и Эмбер сблизились. А я от них отдалился.

Я провел большим пальцем по нижней губе Мэд. Она позволила мне. И я продолжал рассказывать, хотя мои мысли пребывали далеко от истории Джулиана и Эмбер.

– Я никогда не опровергал его предположений. Эмбер желала взобраться на вершину пищевой цепочки. Она спрашивала, могу ли я пообещать ей, что стану генеральным директором. Что предоставлю ей роскошную жизнь, о которой она так мечтала. Я ответил отказом. А также упомянул, что, возможно, захочу стать учителем. Джулиан же заставил ее поверить, что это он заказывает музыку.

– Это правда? Он всем заправляет? – я видел немую мольбу в ее глазах.

Я покачал головой.

– Ты действительно хотел стать учителем? – Мэд казалась одновременно удивленной и обрадованной. Не могу ее винить.

Я пожал плечами.

– Думал об этом примерно полминуты. В свое время я был немного идеалистом. Как итог, Эмбер разорвала помолвку. Я уехал на несколько месяцев. Путешествовал по миру. А когда вернулся, понял, что хочу присоединиться к Black & Co. Осознал, что преподавание не является моим призванием. К тому моменту Эмбер уже была помолвлена с Джулианом и вынашивала Клементину. Думаю, это стало бы тяжелым ударом для моих родителей, произведи их сын на свет внебрачного ребенка, поэтому Джулиан с Эмбер связали себя узами брака, как только я вернулся в США.

Я видел, как Мэдисон ведет подсчеты в голове, приподняв бровь.

– Беременность. Между отношениями с тобой и Джулианом прошло совсем немного времени.

Я кивнул.

– Вот почему я сказал, что точно не знаю, изменяла ли она.

– Ты никогда не спрашивал?

– Не желал знать ответ. Джулиан мой брат, и между нами всегда существовали эти узы. Я решил закрыть данный вопрос, но перестал верить в супружескую любовь как в понятие.

– Ты присутствовал на их свадьбе? – тихо спросила она. Из-за меня Мэд выглядела разбитой, и мне захотелось врезать себе по лицу. Потому что для меня это не имело никакого значения. Просто пустой звук. Удар «Эмбер – Джулиан» оставил после себя лишь бледный шрам.

– Я был шафером. – На моих губах расцвела ухмылка. – В меню не входила демонстрация собственной уязвимости.

– Мистер Блэк! Мисс Голдблум! Не возражаете? – закричала Бекки на заднем плане, и я осознал, хотя и с запозданием, что последние десять секунд мы разговаривали, почти прижавшись друг к другу губами.