Звонок с неизвестного номера

– В сговоре, значит!

– Первым делом проверили. Никакого сговора. Риелтор под его требования квартиру искал и нашел.

– Значит, риелтор в сговоре!

– Тоже нет. Честно делал свое дело. Проверил историю жилья, убедился, что никаких обременений и договор купли-продажи лично собственник подписывает.

– Но разве не видно было, что мать не соображает ничего?

Полицейский признал:

– Покупатели сказали – выглядела она неважно. Но внучка убедила: бабушка просто волнуется. Даже справку из психдиспансера предъявила: здорова, на учете не состоит.

– Нет, настоящую. С диспансером мы работу провели: чтобы в дальнейшем выдавали только по паспорту и с личным присутствием.

– А что же делать теперь? – совсем растерялась Ирина.

– Да не расстраивайтесь вы, все не так плохо. Счастье, что мэр у нас человек жалостливый. Жилье выделил. Иные старики вовсе бомжами становятся.

– То есть вы и искать их не будете?!

– Ищем, – ответили равнодушно.

– Да вы сами, наверно, в деле! – распсиховалась. – Мать говорила: она по «02» заявляла! И на следующий день ей участковый звонил! Настоящий!

– Звонок в полицию – да, зафиксирован, – ответили. – И в районный отдел сигнал поступил. Меры, м-м-м… планировали принять. Но мошенники нас опередили.

– Но это тогда полное беззаконие! – в отчаянии выкрикнула Ирина. – Вы что творите, в нашей стране!

– Ваша страна, гражданочка, – теперь Германия, – посуровел полицейский.

И отправил Ирину восвояси.

Но она так легко сдаваться не собиралась. Дом у них в самом центре, всегда считался элитным, и сейчас люди проживают не бедные. На подъезде за средства жильцов поставили видеокамеру. Ирина поехала к управляющему, долго слушала уверения, что записи через трое суток стираются и идут по новой, но по глазам увидела: врет. Надавила на жалость:

– На улице ведь пожилого человека оставили! Надо делать хоть что-то!

И добилась: получила изображение с «внучкой» и фальшивым риелтором, она же «сотрудник специального подразделения». Лица на фотографии получились плохо, но мать уверяла: «Они, гадины!»

Ира снова побежала в полицию. Сотрудники сразу сказали, что качество – дрянь. Однако пробили лица по базам. Соответствий не обнаружили – и окончательно потеряли интерес. Убеждали:

– Бесполезно кого-то искать по такой хреновой картинке!

– Но вы попробуйте хотя бы! – возмутилась дочь.

Ей меланхолично ответили:

– Это у вас в Германии – полицейское государство. А Россия – свободная страна.

Ирина по-прежнему продолжала бороться. Писала жалобы, обращалась к журналистам и блогерам. Поучаствовала в ток-шоу. Ей сочувствовали. Ахали. Даже объявили сбор средств – матери в итоге хватило на сапоги новые и холодильник.

Но мошенниц не нашли.