Загадка номера 622

“Что тут стряслось?” – спрашивали проходящие мимо банкиры, и служащие, изображая глубокое потрясение, охотно делились новостями: “Несчастный случай, почти перед самым отелем… слава богу, все обошлось… в следующий раз кто‐нибудь погибнет, набережные так плохо освещены”.

Макер, вспомнив эту сцену, приободрился при мысли, что сгрудившиеся в дверях звезды финансового мира видели, как быстро он взял ситуацию в свои руки, и убедились в его авторитете. Он позвонил своему близкому другу, директору университетских клиник Женевы, и потребовал, чтобы их немедленно проконсультировал самый главный профессор! И не важно, что уже поздний вечер. Требуется неотложная помощь, чтоб вы понимали. “Вытащите мне профессора из постели, если понадобится!” – кричал он в телефон. Директор немедленно предупредил своих шестерок. Наверное, поставил всех на уши – когда начальник отдает приказы, у них поджилки трясутся! К ним едут сами Эвезнеры, тут нужен индивидуальный подход! Когда они прибыли в больницу, их уже ждали и встретили по высшему разряду. Они ж лучшие люди города, черт побери! Не торчать же им часами в приемной среди калек, еще не хватало! И прямиком на осмотр, к самым крутым врачам! Извольте также провести дополнительные обследования, а то мало ли что. Не на таких напали!

– Арма, – приказал Макер командирским тоном, – достаньте лед – положите его мадам на колено, а всем остальным в стаканы, мы будем пить уиски.

– Ах да, – подхватила Шарлотта, – лучше что‐нибудь покрепче! А то с вами не соскучишься!

Макер слюняво поцеловал жену в лоб. Арма рысью прискакала из кухни с кубиками льда. Прикладывая к колену медем пакет со льдом, она не осмелилась поднять на нее глаза. Потом, как и велел мисье, она подала всем уиски. И только теперь, подойдя к третьему гостю, она внезапно его узнала. Это был человек из статьи. Лев Левович!

– Добрый вечер, мадам, – мило и уважительно поздоровался он, никто из друзей Эвезнеров так к ней не обращался за все десять лет ее службы в этом доме.

В жизни он был совсем не таким, как на фотографии в газете. Он оказался потрясающим красавцем. А глаза… лицо… элегантность… царственные манеры… Арма чуть не лишилась чувств. И вдруг он заговорил с ней. Он проявил к ней интерес! Спросил, откуда она родом.

– Я албанка, – сказала она.

И он перешел на албанский.

Арма бросила на него восхищенный взгляд – он покорил ее сердце.

– Вот это да! Ты говоришь на ее языке! – поразился Макер, в очередной раз не сумев скрыть своего восторга.

– Мой албанский оставляет желать лучшего, – пожаловался Лев.

– Вы замечательно говорите по‐албански, мисье Левович, – заверила его Арма.

Он еще и скромный вдобавок ко всему, подумала она.

– И где ты выучил эту тарабарщину? – спросил Макер.