Нокаут по наследству

— Реалист, — опроверг Миша. — Сиди, посуду сам мыть буду.

Ему так и так пришлось бы мыть посуду, потому что я должна была ответить на телефонный звонок.

Перед тем как начать разговор, я вышла на балкон.

— А я ждал, пока ты проявишься, но так и не дождался, — сказал в трубку Андрей. — Как там у вас дела? Укротили бесноватого?

— Сам успокоился.

— Ну, пусть отдохнет, — хмыкнул он.

Пользуясь тем, что нас никто не слышит, я передала ему рассказ Инессы. Удивительно, но Андрей тоже решил, что дело нечисто.

— Я не знаю, что это было, — призналась я. — Но ты, кажется, тоже заметил некое… несоответствие в ее рассказе?

— Есть такое дело, — согласился он. — Думаешь, ее не просто так зацепили?

— Читаешь мысли.

— Это же хорошо, если мы думаем в одном направлении, — ответил Андрей. — А то бы подрались. Завтра поедем искать Марину. И перетрем тему сегодняшнего происшествия.

Он помолчал, прежде чем проститься, и, пока я вспоминала, все ли ему рассказала, добавил:

— Лично у меня теперь душа не на месте.

— Надеюсь, что мы идем в правильном направлении, — сказала я. — Приезжай к девяти утра. Самое время посетить поликлинику. В это время там почти весь персонал собирается.

Уже лежа под одеялом, я решила узнать, что происходит в квартире Игнатьева. Вряд ли «жучок» что-то записал за несколько последних часов, но проверить стоило.

Прослушка ничего не дала. В пустой квартире покойного Бориса Семеновича стояла полная тишина.

Глава 6

Из сна меня выдернул Миша. Тронул за плечо, и я спросонья чуть было не залепила ему хук в челюсть.

— Не говори, что ты постучался, прежде чем зайти, — предупредила я. — Я бы услышала.

— После десяти минут вежливости я применил грубую силу и вошел без приглашения, — сказал Миша. — Вставай. Инессе нехорошо.

— Что значит «нехорошо»?

«Нехорошо» заключалось в том, что моя клиентка провела половину теплой осенней ночи в обнимку с унитазом, а не рядом, прости господи, с любовью всей своей жизни Владимиром. Я застала ее в ванной комнате. Инесса стояла перед раковиной, держась за нее обеими руками, и тихонько постанывала. Насквозь мокрое полотенце лежало на полу возле ее ног.

— Тошнит, — успела сказать она и наклонилась над раковиной.

В дверном проеме я заметила Мишу. Вид у него был крайне обеспокоенный. Я быстро закрыла дверь и оставалась рядом с Инессой, пока ей не стало лучше.

Уложив ее в постель, я решила, что более удобного момента для проведения допроса я не найду.

— Это после вчерашнего? — догадалась я.

— Нет, — покачала она головой. — Мигрень. Самая обычная. Самая настоящая мигрень.

Я вспомнила мокрое полотенце, лежавшее на полу.

— Когда такое случается, то кладу его на шею, — объяснила Инесса. — Иногда помогает. Мне просто надо поспать.

— А жених твой где?

— На работе.