Любовный нокаут

Дрожа каждой клеточкой своего тела, я стояла в одном простом хлопчатобумажном лифчике и трусиках, чувствуя, как судорожно поднимается и опускается моя грудь.

– Я никогда не смогу насытиться тобой, никогда.

Поначалу казалось, что он меня не слышит, мои слова не производили на него никакого впечатления. Я думала, что сейчас умру от разочарования и страха.

А затем низкий, голодный рык вырвался из его горла. Я затаила дыхание.

Он пристально смотрел на меня, стоя в боевой стойке совершенно неподвижно, в своих штанах на кулиске, ноги напряжены, в глазах горит желание. Его широкие плечи чуть вздрагивали в такт дыханию, руки, опущенные по бокам, сжались в кулаки. Его глубокий, с хрипотцой голос царапал мне душу.

– Тогда иди сюда, ко мне.

Эта команда прозвучала так неожиданно, что у меня начали подгибаться колени. Я горела желанием выполнить ее, но почему-то не могла двинуть и пальцем.

Я чувствовала себя сейчас кучей самых разных органов и клеток, изо всех сил пытающихся сложиться во что-то целое. Сердце билось, как сумасшедшее… я вся покрылась потом…

Кончики моих нервов дрожали от невероятного напряжении. Кажется, я не могла дышать.

Мое тело хотело только одного, но, кажется, слишком перевозбудилось для того, чтобы я могла чувствовать себя единым целым.

Когда я, наконец, едва дыша, собралась со всеми своими органами, то почувствовала себя невероятно живой и в то же время свободной, когда мы – я, мое сердце, мои кости и моя кожа – наконец-то сделали первый шаг.

Горячечное возбуждение пожирало меня изнутри, пока я проделывала этот бесконечно долгий путь.

Дыхание Ремингтона участилось. С каждым моим будоражащим нервы шагом его мощная грудь поднималась и опускалась все более бурно. Мой пульс все сильнее бился в висках, и жар взгляда Реми все глубже проникал в меня.

Я вся горела и плавилась, соски пульсировали, их затвердевшие кончики болезненно упирались в хлопковую ткань лифчика. Они жаждали его прикосновений и ласк, и каждая клеточка моего тела молила о любви.

Остановившись в шаге от Реми, я едва могла дышать из-за аромата его мыла, буквально дурманящего мой разум. Он зарылся пальцами в моих волосах, а потом запрокинул мне голову назад и с тихим стоном уткнулся носом в шею. Его шумный, глубокий вдох заставил меня дрожать, когда я проделала то же самое, втягивая в себя малейшие оттенки его аромата – аромата сильного мужского тела. Я почувствовала, как его язык скользит, оставляя на шее влажную дорожку, а рука обвивает мою талию и с силой прижимает к твердому мощному телу.

– Моя, – прошептал он.

Вожделение и любовь заставили меня позабыть обо всем.

– Да, да, Ремингтон, да, – прошептала я.