Ночные желания

— Тебе следовало прийти ко мне, — напомнил он довольно сердито.

— Я надеялась уладить эти неприятности самостоятельно. Кроме того, я не была уверена, что ты примешь сторону Джерарда в этой ситуации.

— Сторону Джерарда? Который оказался не только вором, но и безответственным идиотом?

Мадлен поджала губы, хотя обвинения Рейна ничем не отличались от ее собственных.

— До этого случая Джерард никогда не преступал закон, но он влюблен, Рейн. Любовь иногда заставляет людей делать безрассудные поступки.

Девушка собралась было что-то сказать, но не смогла, потому что к ее горлу подкатил ком, и она, к своему стыду, ощутила горькие слезы, навернувшиеся на глаза.

Не желая, чтобы муж видел это, она отвернулась и отошла к окну.

Рейн позади нее заметил:

— Если ты выглядываешь брата, то это напрасно. Вряд ли он войдет через парадный вход.

— Я знаю, — пробормотала Мадлен. — Я попросила хозяина гостиницы, чтобы он меня оповестил, когда Джерард появится.

— И ты веришь, что он выполнит твою просьбу?

Она нехотя посмотрела на Рейна через плечо.

— Я хорошо ему за это заплатила.

— Но он может надуть тебя и предупредить Джерарда о том, что ты его здесь ожидаешь.

Вдруг Хэвиленд вскочил и пошел к двери.

— Куда ты собрался? — спросила она его испуганно.

— Нужно переговорить с Джоном Джеймсом. Он может проследить за хозяином заведения, и таким образом мы сразу узнаем, когда твой брат придет к нему.

Сказав это, Рейн стремительно вышел из комнаты.

Отчаяние Мадлен немного отступило. Рейн, как всегда, держал ситуацию под контролем. Настоящий воин, он словно благородный рыцарь древних времен, явившийся в современный мир. Даже если Хэвиленд считает ее виновной в жестоком предательстве, он не допустит, чтобы ей был причинен какой-либо вред, да и, пожалуй, ее брату тоже. И все же ей было нелегко справиться с гнетущим чувством безнадежности, которое наполняло ее существо.

Мадлен опустила голову и, обхватив себя руками, боролась с навалившейся тоской. Тело ее дрожало, а горячие слезы сочились из уголков глаз.

Как же Рейн теперь сможет почувствовать к ней расположение, если его недоверие к жене такое непреодолимое? Если он допускает, что она может быть повинна в воровстве и даже в неверности? Если он не доверяет ей настолько, что его соглядатаи шпионят за каждым ее шагом?

Надежда на то, что Рейн когда-либо ее полюбит, таяла на глазах.

Но, кроме себя, обвинять было некого, признала Мадлен, еле сдерживаясь, чтобы не зарыдать. Она слишком поверила своим фантазиям. Своим сокровенным мечтам.

Не в силах более сдерживаться, она дала волю слезам, пока Рейн отсутствовал. Но как только Мадлен услышала звук приближающихся шагов, она закрыла мокрое лицо ладонями. Ей очень не хотелось, чтобы он видел ее слезы.