Ночные желания

Мадлен решила, что будет разумнее сменить тему разговора.

— Ну хорошо, не буду больше тебя отвлекать. Но я подумала… Может, нам сегодня вечером вместе поужинать?

— Я как раз и собирался поужинать с тобой, — ответил Рейн прохладно.

— Нет, я имела в виду… в моей комнате.

Мадлен снова ощутила на себе его пристальный взгляд.

Мадлен ощутила на своих щеках разгорающийся румянец. Ей было неудобно так прямо предлагать ему свидание, тем более, что он никак не проявлял встречной готовности. Но если граф собирается и дальше игнорировать ее, то она придумает какой-нибудь окольный способ его спровоцировать.

— Я хочу поужинать с тобой в моей гостиной. Ты сделаешь мне такое одолжение?

На мгновение его взгляд задержался на ее груди, а затем Рейн вновь посмотрел ей в глаза.

— Хорошо, — сказал он ничего не выражающим голосом.

Мадлен сочла его безынициативность плохим признаком. Ей оставалось надеяться на то, что задуманное ею для этого вечера придется ему по вкусу.

К тому моменту, когда Мадлен наконец покинула его кабинет, тревога Рейна возросла многократно. Ее интерес к состоянию его бабушки и фамильным драгоценностям Хэвилендов вновь всколыхнул его утихшую было обеспокоенность. А расспросы Мадлен о сейфе только подливали масла в огонь.

В голове графа крутилось множество разрозненных, полуоформленных мыслей. Рейн встал из-за стола и подошел к окну, задумчиво глядя на свое поместье. Может, его подозрения по отношению к Мадлен и не были безосновательны. Ведь он доверял жене только на том основании, что они с покойным Эллисом были близкими друзьями, но лично ее Хэвиленд не так уж хорошо и знал. Надо было признать, что его сомнения в ней усиливались день ото дня.

Рейн перебрал в уме все ее подозрительные поступки. Первое обвинение было самым серьезным: Мадлен, похоже, пытается его соблазнить, делая это почти в точности так же, как его бывшая любовница. Правда, причины такого поведения ему пока не ясны.

Могла ли она быть движима финансовыми интересами? Рейн затруднялся сказать наверняка. Девушка заявила, что не стремится заполучить фамильные драгоценности Хэвилендов для себя лично, но насколько он может верить ее словам? Мадлен явно не возражала против существенной траты на новые наряды, правда, эти покупки он инициировал сам.

И потом, это виноватое выражение на ее лице, когда на днях она проговорилась о своем проступке. Мадлен не признала того, что намеренно рылась в его столе, а в качестве причины своего присутствия в кабинете назвала поиски писчей бумаги. Но что она искала в действительности? Ключ от его сейфа? Зачем? Может, она думала, что он хранит драгоценности здесь, в Ривервуде?

Рейн сжал зубы, пытаясь привести в порядок нестройный хор мыслей, тревожно звучащий в его голове.