Ночной звонок

Милиционер за перегородкой встал при их проходе, заложив палец между страницами книги, которую читал.

— Что почитываем, Унгуряну? — поинтересовался Жуков и слегка нагнулся, чтобы прочесть название на обложке. — «Общая психология» Петровского! На заочном учишься? На юрфаке?

— Так точно, товарищ майор!

— Молодец, понимашь, времени зря не теряет! — адресовался Жуков к Мирону Петровичу.

В большом коридоре сели на подоконник. Жуков достал из нагрудного кармана кителя пачку сигарет, щелкнул по пачке снизу большим пальцем, прямо ртом ухватил сигарету, протянул пачку Владу: — Бери, закуривай… — Спохватившись, сунул пачку обратно в карман. — Все забываю, понимашь, что ты у нас красна девица! — сказал, прикуривая. — Впрочем, теперь и девки вовсю шмалят… Ну что с Гонцей будем делать? Кто звонил, она добровольно нипочем не скажет. Пока не припрем, как с Булатом приперли…

— Да, я тоже считаю, что без дополнительных фактов продолжать допрос бесполезно…

Влад умолчал о своем мнении по поводу манеры Жукова вести допрос, не желая выслушивать его не всегда тактичные насмешки.

— Ну что ж… Буду писать постановление.

— О взятии под стражу?

— А что прикажешь делать? Деньги, понимашь, взял Булат, а она с ним связана.

— С достоверностью можно пока говорить лишь об интимной связи. А что деньги взял Булат, требуется еще доказать.

— Ну с тобой говорить, понимашь, терпежу надо набраться! — рассердился Жуков. — У тебя каждый жулик — святой!

— Святой не святой, а невиновный, пока вина не доказана.

— Вот-вот!.. Носитесь вы, молодые, со своей презумпцией невиновности, как черт с писаной торбой!.. А нас, понимашь, не так учили…

— Признание — мать доказательств? — усмехнулся Влад.

— А что? Ты разве не стараешься получить признание?

— Стараюсь. А потом еще больше стараюсь его доказать.

— Хорошо, понимашь, что не тебе это дело поручили. А то сотрудники института ждали бы своих денег до второго пришествия! — Жуков щелчком отправил окурок в форточку. — Ну пошли…

Следователи вернулись в кассу.

— Любовь Николаевна, у вас есть кто-либо из родственников, кто мог бы забрать вашего сына из детского сада? — спросил Влад, стараясь придать голосу непринужденность.

Любочка посмотрела на него. В глазах испуг.

— Арестовывать будете? — упавшим голосом спросила она.

— Ну что вы! Так уж сразу и арестовывать? Просто вам придется денек-другой побыть в изоляции. Сами должны понимать. Сумма-то огромная.

— Да, да. Я понимаю… Понимаю… А как же Алешенька?

«Видно, слез не будет, — отметил про себя Влад, — ожидала такого исхода!» А вслух сказал:

— Вот я и спросил: есть ли у вас кто-нибудь, кто его к себе забрать может?

Любочка закрыла глаза и замотала головой:

— Никого у меня нет… Одна живу.