Ночной звонок

— А мне кто-то из наших рассказывал, что ты… — начала было Лена, но Колчев и на сей раз не дал ей закончить фразы.

— Да, на радио вот устроился, — он похлопал по футляру «репортера». — Поначалу со спортивной редакцией внештатно сотрудничал, а теперь доверяют сюжеты для субботнего выпуска новостей. Так что шастаю по городу в поисках занимательного да курьезного.

— Не буду вам мешать, — заместитель директора шагнул от двери. — Если буду нужен, я у себя.

7

Колчев с интересом разглядывал приколотый к стене кнопками обрывок рулонной бумаги. На нем при помощи математических символов была воспроизведена картина, в центре которой коленопреклоненный старец протягивал к распятию Христа ларец с драгоценностями.

— «Поднесение даров», — сказала, Лена, видя, что картинка заинтересовала приятеля детства. — Семнадцатый век. Какой-то голландец… А, может быть, и не голландец. Стелла Аркадьевна просвещала, да я позабыла.

— Ты научила машину рисовать? — спросил Колчев.

Девушка отрицательно покачала головой, хотя ей очень хотелось ответить на вопрос Колчева утвердительно.

— Это все Виктор Семенович, наш консультант, — сказала она. — Виктор Семенович так запрограммировал ЭВМ, что теперь она, прежде чем начать счетные операции, отстукивает каждый раз такую вот картинку. Виктор Семенович говорит в шутку, что машине разминка нужна. Возьми на память, — Лена выдвинула ящик стола и протянула Колчеву обрывок бумажного рулона, аналогичный тому, что был приколот к стене. — Бери, у нас их много накопилось.

— А ты самостоятельно составить такую программу можешь? — спросил Колчев, пряча сложенный в несколько раз лист во внутренний карман куртки.

— Смогла бы, наверное, если повозиться, — подумав, ответила Лена. — Пока меня одну Виктор Семенович к машине не подпускал. Вот с понедельника начну самостоятельно работать.

— Слышишь, Блинова, покажи мне машину в действии, — неожиданно попросил Колчев.

Лена заколебалась.

— Хоть и не положено включать машину без производственной надобности, но для друга детства инструкцию можно нарушить, — решилась она.

— Для того инструкции и составляются, чтобы их нарушать, — поддержал девушку Колчев.

Блинова отперла дверь в машинный зал и включила яркое люминесцентное освещение.

Отделанная серебристыми звукопоглощающими плитками просторная комната с протертым до зеркального блеска линолеумом пола являла собой впечатляющий контраст с остальными, кое-как меблированными, тесными помещениями конторы. В центре комнаты помещался бело-голубой пульт управления. Ровно гудели кондиционеры.

— Благодать, — Колчев с шумом вобрал полные легкие свежего прохладного воздуха и зажмурился от удовольствия. — Оазис в пустыне. У вас в конторе, честно говоря, душновато.