Ночной гость

 — Джулиан усмехнулся, когда Иззи покачала головой. Обращаясь к Тимоти, он сказал: — Пойди на задний двор, посмотри, есть ли там хоть какая-нибудь конюшня.

Джулиан взял поводья Тристана и кобылы, а Тимоти зашагал прочь со своим мерином на буксире.

— О, вы остаетесь? Я тотчас же велю приготовить комнаты. — Повернувшись, чтобы идти, Иззи остановилась, когда он схватил ее за руку. Ладонь его была большой и теплой. Ее пальцы просто исчезли в ней.

— Я не остаюсь, Иззи. — Он как-то странно взглянул на нее. — Кобыла остается. Она ваша.

Иззи порадовалась, что он все еще держит ее за руку, ибо была так удивлена, что споткнулась. Джулиан привлек ее к себе, едва успев спасти от позорного падения. Он посмотрел на нее и улыбнулся своей неотразимой улыбкой:

— Закройте рот, Изадора. Это всего лишь лошадь. Иззи захлопнула рот, но, похоже, не могла твердо стоять на ногах. Ей стало нечем дышать, когда она оказалась интимно прижатой к твердой груди Джулиана. Он обнимал ее за талию и прижал к себе, второй рукой продолжая держать поводья обеих лошадей.

Джулиан улыбнулся, глядя ей в глаза, и она забыла обо всем на свете. Ощущения растекались по ней от его близости, оставляя ее потрясенной и дрожащей. Его запах туманил мозг — запах сандалового дерева и теплого тела мужчины. Она стояла не шевелясь, прижав ладони к твердой как камень груди.

Выражение лица Джулиана стало озабоченным."

"— Вы боитесь меня, Иззи? — мягко спросил он. Иззи отстранилась от него и выпрямилась.

— Конечно же, нет. Вы просто застигли меня врасплох. — Она взглянула на его руку, все еще обнимающую ее за талию. — Теперь можете отпустить меня. Со мной все в порядке.

Джулиан с некоторым удивлением вспомнил про свою руку. Странно, но это казалось почти естественным… Он убрал руку и вручил ей повод кобылы.

— Пойдемте, посмотрим, что нашел Тимоти.

— Боюсь, все, что нашел Тимоти, — это мой гончарный сарайчик и пару старых стойл, которые знавали лучшие времена, — сказала она, когда, обойдя дом, они направились к конюшне.

Иззи оказалась права. Тимоти стоял перед старой-престарой конюшней, качая головой:

— Не знаю, милорд. По мне, так проще было бы эту снести, а построить новую.

Не задумываясь Джулиан вручил Иззи поводья Тристана и потянул Тимоти в сторону. После нескольких минут проведенного шепотом совещания и передачи кошелька под попечительство Тимоти, Джулиан хлопнул молодого человека по спине и вернулся к Иззи.

Только тогда он увидел, что оставил ее со своим жеребцом — лошадью, которая не принимала никакого другого седока и мало кому позволяла ухаживать за собой. Охваченный благоговейным страхом, Джулиан наблюдал за Иззи, стоявшей между двумя лошадьми: полуночным жеребцом и кобылой цвета лунного света — Иззи ворковала с ними и ласкала их.