Ночная война

Стрельба продолжалась секунд тридцать, потом всё стихло: стреляли, по видимому, с дрезины. Разведчики ускорили шаг, за поворотом их взорам предстало печальное зрелище: дрезина ушла дальше, на насыпи осталось несколько тел – их посекли из пулеметов. Люди пытались переправиться на другую сторону полотна, но дрезина выскочила внезапно, как чёрт из табакерки, плюс ещё эта акустика со своими злыми шутками. Это были несколько гражданских, четверо в красноармейской форме, они пытались спастись бегством, но пулемётчики на платформе не спали – им было всё равно кого расстреливать. Шубин спустился вниз, смотрел стиснув зубы на мальчишку лет восьми: даже после смерти он держал за руку молодую женщину с растрёпанными волосами, возможно мать, вся семья погибла одновременно; третья женщина была в годах, но чертами лица очень походила на молодую женщину – все трое лежали под откосом. Красноармейцы пытались их вытащить, но безуспешно. Даже стреляли по платформе из трёхлинеек, что у немцев могло вызвать только гомерический хохот. Разведчики постояли пару минут, потом дружно вздыхая, стали карабкаться обратно в лес.

– Встретим дрезину, всех убьём к чёртовой матери! – пообещал Уфимцев. – Согласны товарищ лейтенант? Деток маленьких убивать, это же не люди…

С дрезиной столкнулись за очередным поворотом: она стояла, из нутра броневика доносился металлический лязг – двигатель заводился и глох. Разведчики перебежали, залегли на краю леса…

– Товарищ лейтенант, вот же они, сволочи! – задыхался от волнения Уфимцев. – Давайте оприходуем, вы же обещали! Что мы теряем?

Видимо в пути случилась поломка и не век же воевать против малых деток – отдыхать тоже надо. С плотна доносился смех: несколько солдат спрыгнули с платформы, справляли малую нужду. Из чрева дрезины выбрались двое в утеплённых комбинезонах, закурили. Лязг не умолкал: механик остался внутри и работал разводным ключом.

– Шлясер, долго ещё? – крикнул офицер в фуражке и чёрных перчатках. Он перегнулся с края платформы, постучал кулаком по броне.

– Скоро сделаю, герр Кацнер! – донёсся из дрезины глухой голос. – Покурите пока, тут небольшая протечка – опасно дальше ехать.

Немцы не чувствовали опасности – этот участок они исколесили взад-вперёд, несколько трупов на насыпи – просто развлечение, не принимать же всерьез эти винтовки 19-го века. Спрыгнули ещё трое, не стали далеко уходить, расстегнули штаны, а когда закончили свои дела достали сигареты, увлеклись приятной беседой. На платформе остался один пулемётчик: он наблюдал за местностью, медленно поворачивая голову в каске. Около десятка солдат столпились рядом с платформой, над головами вился дымок. Офицер предпочёл не покидать платформу, стоял с задумчивым лицом, наслаждался видами осеннего леса.