Ночная

Естественно, Раинер не знал ирейских расценок за консультационную работу. Но он был достаточно сообразителен, чтобы поинтересоваться ими у меня. Возможно, я несколько переоценила уровень инфляции за два года, но ведь в таком деле главное — не назвать сумму меньше реальной, а вот завысить-то само Равновесие велело!

- Действительно, о чем я спрашиваю… — пробормотал лейтенант себе под нос и вернулся к тангаррскому языку. — Сам я не имею права принимать подобные решения, но передам ваши требования наверх. Надеюсь, в расценки уже включена работа с Его Сиятельством маркизом ди Грейвинд-Ариэни и Ее Высочеством принцессой Эмори ди Ариэни?

Перед титулами он как-то подозрительно запнулся, и я немедленно начала терзаться любопытством.

- Включены, — кивнула я и, помявшись, все-таки спросила: — Мне показалось, вы знакомы с Ее Высочеством лично?

Оберон подозрительно усмехнулся сквозь полудрему, а Рэвен и вовсе звучно фыркнул, заставив Раинера нервно напрячься и потянуться к поясу — где, разумеется, давно не было меча.

- Полагаю, раз уж нам с вами предстоит долгая и тесная работа, в наших же интересах познакомиться поближе, — сообщил лейтенант. — Видите ли, Эйвери, Его Величество счел, что обычай распределять ненаследных членов королевской семьи по главным государственным должностям, прерванный после мятежа и истребления побочных ветвей, стоит возродить, благо внуков у него, в отличие от детей, предостаточно. Словом… Ее Высочество — наша кузина, и у нас не было ни малейшего шанса избежать личного знакомства.

До меня как-то медленно, очень неспешно начало доходить, что я сижу, по привычке подобрав под себя босые ноги, на одной кровати с внуком короля, да еще торгуюсь с ним за чужую зарплату. Но подхватываться и кланяться было поздновато, так что я ограничилась тем, что по-детски залилась краской и ляпнула:

- А почему вы только лейтенант?

А Рэвен еще и не смутился ни на мгновение и честно ответил:

- Потому что мой отец — бастард.

Если бы я не покраснела заранее, то проделала бы этот трюк сейчас. Правда, уже не от смущения, а от неуместного восторга.

Сыновья того самого Ирейского Носорога, раскрывшего ни много ни мало четыре заговора против королевской семьи! Вживую, передо мной! А один — даже на той же кровати…

- Судя по всему, тебе это о чем-то говорит, — страдальчески вздохнул Раинер, вклиниваясь в несвязный поток моего восторженного сознания.

- Папа — достаточно известная личность, — беспечно отозвался лейтенант. — Но это очень долгая история, а день был утомительным. Как вы смотрите на завтрак где-нибудь в городе? Вам будет полезно выбраться и своими глазами увидеть Нальму, а Эйвери, должно быть, любопытно, что успело измениться.