Ночная

Я понятливо заткнулась. «Домашние проблемы», вероятно, заключались в первую очередь в том, что уже завтра виконт Гейб должен присутствовать на помолвке в королевском дворце Нальмы — а единственный доступный телепортист застрял в защитном контуре авторства незабвенного епископа Армана.

Причем сам Рэвен наверняка был в смешанных чувствах — потому как помолвку он пропустил бы с удовольствием. Но не ценой пропавшего брата… и кузины…

- Рэвен, — севшим голосом окликнула я. Он обернулся с таким виноватым видом, будто заранее ждал, что я закачу истерику из-за этих его «домашних проблем» с графиней Шейли ри Паовилл. Я добавила ему поводов для смешанных чувств, спросив: — Ты случайно не интересовался статистикой по пропавшим магам за последние два года?

- Не слишком, — с недоумением признался он. — Пропавшими гражданами Ирейи занимается несколько другой отдел. Но на оперативках их регулярно костерили на все лады… погоди. Ты хочешь сказать?..

- Что, если Тангарру использовали в качестве перевалочного пункта не только ради леди Эмори?

В конце концов, магические способности сейчас — не только повод задирать нос перед другими знатными семействами. За последние двадцать пять лет, с момента внесения изменений в закон об обучении одаренных детей, магия успела стать еще одним социальным лифтом.

Быстрый, гарантированный способ подняться в обществе и получить всестороннюю государственную поддержку. Просто за то, что твой ребенок — маг.

А когда он вырастет и выучится, то станет ниточкой, прочно сшивающей своих родителей и ведомство, к которому его припишут. Новые знакомства, полезные связи. Новые горизонты.

Пусть даже для этого придется пройти через черный рынок.

Я не могла понять, почему похитили именно принцессу. Но что, если механизм сперва отладили как раз на «ком попроще»? А за леди Эмори взялись, только убедившись в собственной безнаказанности, обеспеченной закрытостью Тангарры…

- Все еще не объясняет, откуда похитители знали, как добраться до Мелкой, — заметил Рэвен. — Но, знаешь, Эйв… — Он замолчал и без объяснений снова устроил голову у меня на коленях, явно собираясь донести мою догадку до коллег.

Так нас и застал Раинер. Он неспешно прошел по гати, сощурил ядовито-свинцовые глаза, рассмотрев композицию на крыльце — и я поспешно потребовала:

Десятник недовольно сжал губы, но покорно оставил комментарии и новости при себе и взобрался по веревочной лестнице. Позабытая крынка и остатки хлеба несколько примирили его с суровой действительностью, но безмятежное лицо Рэвена, ушедшего в мысленный диалог с родным ведомством прямо с моих коленей, явно добавило эффективности храмовничьим литаниям.