Вспоминай меня ночью

Выцепил меня, начал что-то предъявлять, а мне как раз та-а-ак плохо стало. Я загибаюсь, а он мне высказывает... Ну, я его уже открытым текстом послала. Он словно только и ждал. Я - в клинику, он - в загул – ""сама же послала"". Перетрахал всех местных шлюх, а эту еще и в мой коллектив притащил, козел. А мы лидеры были. Все битвы рвали, конкурсы выигрывали. Она, конечно, с визгом прискакала по первому зову. Только они слились быстро – постановщика нет, у меня все номера под мое соло би-герл были сделаны, а она только верхний танцует. К тому же, Ричи ушел, а я под него тоже много партий в номерах всегда делала. Сейчас только со старыми выступают. Вынудила их сменить название, заблокировав свое в сообществе, – Ричи подсуетился, пока я в депрессняке у него отлеживалась, все сертификаты на меня, как на руководителя, были оформлены, так что… В общем, выдыхаю, возвращаясь в мир, а он уже тут, как тут – «Хлоя, дорогая… Люблю, прости… Ах, ах… Ты самая-самая…».

Меня внутренне потрясывает от смеха.

Это пи**ец! Он, наверное, нафантазировал себе с ее чувствительностью, что он - герой-любовник, альтернативы-то для сравнения не было, и решил этот статус предъявить общественности – придурок! Представляю, какой облом его ждал!

Вспоминаю ее реакцию на мой член в первую ночь… У него, явно, еще и все очень скромно с размерами. Неудивительно, что он к ней обратно приполз… Это о*уенный облом - осознать такую потерю и свой реальный уровень!

Да, чувак, секс теперь для тебя - это сплошное разочарование…

Вернее ты теперь для секса сплошное разочарование!

– Я что-то смешное сказала? – хмурится, разглядывая мою немую истерику.

Ну, не могу же я объяснить ей причину?!

Хлоя, ты расслабила мужика, и теперь он потерян для других женщин. Ха-ха.

Качаю отрицательно головой и дышу глубже в попытке прекратить, но, бл*ть, становится еще хуже.

– Алекс?! – брови еще нахмурены, но уголки губ уже подрагивают, откликаясь на мой очередной неадекват. Притягиваю к себе, пряча улыбку за поцелуями.

– Съехать решил?! – уворачивается и, зафиксировав в ладонях лицо, всматривается в мои глаза.

Замираем, вглядываясь друг в друга. Становится резко несмешно. И все вокруг исчезает – только ее голубой хрусталь.

– Твои глаза… – почти одними губами шепчет она. – Я очень люблю твои глаза…

Замираю на вдохе, и веки неизменно опускаются. Ее пальчики… Мои любимые ласки… Моя любимая Хлоя… Неужели у меня это есть? Сжимаю ее крепко, чтобы убедиться еще раз в реальности происходящего… Теплая, податливая…

– Спасибо… – говорю одними губами, прижимаясь к ее виску.

Она не может слышать, но может чувствовать.

– Я люблю тебя, Хлоя…

– Битвы пойдете смотреть? – прерывает нас Ричи.

Мы вздрагиваем, возвращаясь в реальность.

Киваю.