Сестра ночи

Перед ним на приличном расстоянии расположились два кресла. Несколько слуг затащили внутрь деревянную кадку и наполнили ее горячей водой. Сколько бы раз я ни повторяла, что им не о чем беспокоиться, они просто меня игнорировали. Вздохнув, я сдалась и позволила девочке-горничной снять с меня платье. Только скользнув в горячую воду, я поняла, насколько была напряжена. На много часов застрять в другом времени, точно не зная, как правильно себя вести, ужасно выматывало. Я старалась поскорее помыться, пока в комнату не пришел Аарванд и не застал меня голой и мокрой. Нам есть что обсудить. После того как вытерлась, я, за неимением другого, опять влезла в свое платье. А затем начала ждать, когда он придет за мной, мы отыщем камень и вернемся домой. Вот только Аарванд не пришел. На самом деле меня это не удивило. Я не ошиблась. Они с Морганой отмечали Бельтайн по-своему. Но что они замышляли? Подтянув ноги к животу, я уткнулась лицом в подушку. Больше всего хотелось закричать и выпустить весь свой гнев, разочарование и страх, однако это ничего не изменит. Руки покрылись мурашками при мысли о том, что он действительно не вернет меня обратно. Что мешало ему просто остаться в этом времени? У него тут друзья и любовница. Почему я об этом не подумала? Потому что мои подозрения не заходили так далеко. Я представить себе не могла, что снова почувствую себя такой беспомощной, как в Мораде. Но одна перемена к лучшему все-таки нашлась. Аарванду известно о пророчестве, а чтобы оно сбылось, нужны три сестры. Меня он перенес, сделав его исполнение невозможным. Источник никогда не будет запечатан. Мы показали ему пророчество, а он исчез. Куда он уходил? В Мораду к Регулюсу или к Мерлину? Кайя в итоге тоже стала его марионеткой? Знали ли Калеб и Нэа о его настоящих планах? Когда он все это придумал? Напряжение вернулось и неизмеримо росло, пока я прислушивалась к звукам, доносившимся снаружи, и перебирала имеющиеся у меня варианты. В комнату проникали грудной смех, непристойные возгласы и хриплые крики. Сейчас Бельтайн и люди отмечали праздник плодородия так, как делали это с незапамятных времен.

Я опять зажмурилась, однако, как ни старалась, сон не шел. Все здесь чужое – эти звуки, запахи, ощущение ткани на коже. Рано или поздно я сдалась. Отыщу камень и найду возможность возвратиться в свою эпоху. Тут я оставаться не могла, в воздухе витала угроза, пускай и выглядело все вполне мирно. Когда разразится буря, меня здесь быть не должно.

Я свернула за ближайший угол. Двери комнат выстроились одна за другой. Сколько людей принимал здесь король? За одной из дверей раздавался веселый смех, который я сразу же узнала, как и мужской голос, ответивший на этот смех. Остановившись, я прислушалась. Опять знакомый мужской голос.