Чудо купальской ночи

– Ах да, – рассеянно кивнула Екатерина, перевела взгляд на своего спутника и представила его, так и продолжая на него смотреть: – Это мой коллега с работы, Виктор Анатольевич.

– Очень приятно, – пробурчала недовольно обычно приветливая девочка Полина.

Вот не понравился ей этот человек сразу. А он улыбнулся отстраненно, посмотрел мимолетно на девочку и снова на Катерину, которая что-то ему объясняла в этот момент.

И у Полины вдруг случилось страшное, потрясшее основание всей ее жизни разрушительное открытие!! Она глядела на маму и чувствовала, как прокрадываются в ее душу недоумение, страх и ужасная горькая обида!

Двенадцатилетняя девочка, которая ничего не знала и не понимала про секс и интимную жизнь – видела, разумеется, кое-что запретное по телевизору, и с подружками шептались об этом, и в Интернете они интересовались – и не могла в силу своей незрелости распознать сексуальное поведение и влечение взрослых! Но эта девочка вдруг поняла, ощутила своим чутким сердечком, что прямо у нее на глазах происходит чудовищное предательство!!

Предательство ее и папы!! Предательство всей их жизни!!"

"Мама держалась за согнутую в локте руку мужчины двумя руками, говорила ему что-то чужим, незнакомым Полине голосом и, подняв лицо вверх, так на него смотрела… так смотрела!! Она словно вся отдавала себя ему и была сейчас только с ним, никого не замечая и не видя вокруг, и принадлежала только ему. Она улыбалась ему такой странной улыбкой, прижималась к нему боком и словно терлась об него…

А мужчина смотрел на нее сверху вниз взглядом властелина, хозяина и улыбался так довольно, сыто…

Потрясенная Полинка, как во сне, сделала шаг в сторону, и взрослые пошли дальше, совершенно забыв о существовании девочки и об этой случайной встрече, занятые только друг другом. А она стояла, смотрела им вслед, и в ее жизнь уверенно вползал и устраивался надолго личный ад!

Поля не знала, что делать. Куда бежать, кому жаловаться, кому рассказать об этом? И как себя вести с папой и с мамой теперь?

Она пришла домой, с перепугу что-то приготовила и села за уроки, прислушиваясь к звукам за входной дверью, и каждый раз вздрагивала, когда слышала остановившийся на их площадке лифт.

А когда неизбежно щелкнул в двери открываемый замок и пришел папа с работы, она, отчего-то ужасно стыдясь, принялась суетливо ухаживать за ним, кормить ужином, почему-то разговаривая громче обычного.

– Ребенок, что с тобой? – поинтересовался шутливо папа. – Ты, может, влюбилась?

– Нет! – слишком громко и испуганно воскликнула она.

– Да что с тобой? – всерьез обеспокоился Андрей Олегович.

– Ничего. Это я просто громкой музыки наслушалась, – соврала и покраснела от этого Поля.