Твоя на 7 ночей

Но для неё делаю во второй раз.

Просто, чтоб не отключилась от голода посреди секса.

Назойливый голос бабули Лютеции смеётся у меня в голове.

Глава 33. Мина

Эрик ставит передо мной тарелку, смотрит выжидающе. Паста с морепродуктами пахнет шикарно, и желудок тут же реагирует спазмом, требует покормить нормальной едой.

– Спасибо. Но я не голодна.

Давлю свою линию из чистого упрямства, потому что не могу сдержать себя. Всё происходящее слишком сильно выбивает из колеи, чтобы я могла собраться и продолжать играть роль покорной."

"– Ешь, Мио, или расскажи мне почему у тебя панические атаки от вида наркотиков.

Вот ещё одна причина игры. Дать мне выбор без выбора. Затолкнуть желанное решение в глотку и смотреть, как я буду давиться злостью и сопротивлением, но послушно глотать.

Я утыкаюсь в тарелку с морепродуктами, рассматривая поджаренные креветки. Голод есть, но тот утихает на фоне желания не подчиняться. Как только я поняла, что он затеял это предложение с долгом для того, чтобы подчинить меня, внутренний стержень вибрирует.

Обжигает изнутри. Мне хочется спорить, вскидываться на каждое слово и фразу. Идти наперекор лишь для того… чтобы идти наперекор. Как базовая комплектация, которую не починить.

Ужасный характер, которым постоянно попрекал меня отец, даёт о себе знать. Обещаю себе покорно опустить голову, ради семьи и себя самой, но не могу. Это не я.

Эрик тоже не хочет моей покорности. Он смотрит на меня, прожигает, словно видит изнутри всю меня. Пытается увидеть. Он выбрал меня, вцепился из-за моей непокорности. Ему хочется переделать меня, перекроить под себя. За эти семь ночей сломать хребет сопротивления, уничтожить мой характер.

У Мафиоцци, по сути, осталось пять с половиной ночей. И я знаю, что у него ничего не получится. Но мужчина может попытаться, сделать так, чтобы я сама сдалась, облегчила всё.

Ему ведь интересна игра, если бы оборотни существовали, я бы точно назвала Эрика кем-то из семейства кошачьих. Его походка, улыбка, эта мягкость в движении, опасность во взгляде.

Хорошо.

Пускай.

Мужчина получит желанное, прямо сейчас.

Оттягиваю резинку для денег на запястье, резко отпуская. Жгучая боль отрезвляет, и я слегка улыбаюсь. Я так бросала материться когда-то. За каждый мат ударяла себя резиной, и привычка быстро прошла. Не окончательно, но теперь каждый раз запястье обжигает фантомной болью, и я держусь.

Смогу и с непокорностью справиться. Раз он хочет себе послушную девочку для развлечений, то получит её. Этого выведет его из себя больше, чем моё сопротивление.

Мне легче притвориться на несколько ночей, сдержаться, причинять себе боль за непослушание, чем действительно сходиться с самим Дьяволом в противостоянии.

Я улыбаюсь своим мыслям и вижу, каким взглядом меня пожирает Эрик.