8 дней, 9 ночей (СИ)

Я совсем поплыла, а она развернула меня к себе и продолжила нежные ласки, прижимаясь ко мне поплотнее, в то время как я гладила ее спину и упругую попку.

Последнее ощущение реальности покинуло меня. Весь мир сжался до размеров этой душевой кабинки, и в этом мире существовали только мы с Настей, наше дыхание, стук сердец и шум воды… Никто не может помешать нам, никто не внесет хаос в эту маленькую и бесконечную Вселенную, в которой сейчас, казалось, даже остановилось время. Я мягко отстранила Настю от себя, и она отступила к стенке. Теперь она побудет немного в моей власти, и пусть она почувствует, как я ценю каждый подобный момент!..

Она была вся мокрая, соблазнительно скользкая, грациозная и естественная в своем первозданном виде, и голова у меня уже совсем пошла кругом. Целуя ее шею, плечи и грудь, нежными прикосновениями ладоней скользя по ее восхитительной коже, я опустилась перед ней на колени. Когда я принялась покрывать сладкими поцелуями ее бедра, она с наслаждением выгнула спину и, нащупав позади себя хромированный поручень, ухватилась за него, чтобы сохранить равновесие.

А я уже подобралась к ее горячему и желанному местечку и, проведя язычком по нежной плоти, услышала сверху слабый стон. Я легким движением потянула ее к себе, обхватив за ноги. Мы давно понимали друг дружку без слов – она немедленно оперлась руками о поручень и положила свои ножки мне на плечи. И тогда я наконец смогла сделать то, чего так давно ждала – подарить трепетное наслаждение и самой наслаждаться пьянящим чувством близости, при которой сама Анастасия была под полным моим контролем. Она попала с милое пленительное положение – она не могла отнять рук от поручня, чтобы не упасть, и не могла ни схватить меня, поддавшись какому-нибудь дикому порыву, ни сделать что-либо еще, а ей уже начинало хотеться – я чувствовала это!

Лаская ее с нежностью и одновременно с пылкой страстью, я чувствовала будто бы каждую клеточку ее тела и ощущала вибрацию каждой частички ее души. Сейчас мне больше ничего и не нужно. Я уверенно и стремительно вела свою любимую к пику наслаждения, прислушиваясь к ее сладким стонам, чувствуя в каком напряжении она пребывает, готовая взорваться, поглотив меня в этой вспышке неудержимого огня… Но я, замечая, что она уже на грани, сбавляла интенсивность своих ласк, оставляя лишь легкие дразнящие поцелуи…

Настя позволила себе сегодня повредничать, и я была рада ответить тем же, хотя и в более привлекательной для нее же самой форме. Я долго не позволяла ей кончить и сжалилась лишь тогда, когда она жалобно принялась молить об этом сквозь стоны.