Дорога в ночь

По-моему, Эрайн несколько переигрывает, слишком явно показывает свой интерес ко мне, и вряд ли это для одной неудачливой воровки хорошо закончится.

– Я обзавелся новой, весьма любопытной игрушкой, Тэлиан. Не понимаю, почему тебе кажется странным то, что я раньше времени не хочу ее терять или ломать. Ареин же за время путешествия стал настоящим параноиком, он видит опасность там, где ее и в помине нет.

Тэлиан? Он сказал «Тэлиан»?! Понятно теперь, почему Ареин так осторожно строил беседу, ведь «моего хозяина» встречал старший брат, наследный принц Таэн Лаэссэ. Тот самый сын погибшей в плену у людей эльфийской королевы. При этом, насколько мне известно, Тэлиан не просто старше Эрайна, разница в возрасте между братьями составляет около тысячи лет.

– Работа Ареина – тебя защищать, – серьезно, без тени насмешки сказал старший принц. – Знаю, что чрезмерная опека может раздражать, но все-таки ты бы попытался более уважительно вести себя с Ареином. Что касается этой новой «игрушки», ты ведь не будешь утверждать, что у Миолин-Таали нет ни малейших поводов для опасений?

Что ответил Эрайн, я не услышала, закрывшаяся дверь лишила меня этой возможности.

Ареин быстро отдал ряд приказаний, которые сводились к тому, чтобы фургоны разгрузили, лошадей отправили в конюшню, а тэлиаков в казармы. Лишь меня было приказано не трогать. Но, разумеется, Миолин-Таали оставил у моего фургона четверых охранников.

Уже часа три, не меньше, я мертвым грузом лежала на дне фургона. Впору подумать, что обо мне забыли, но я не настолько наивна.

Ожидание, неизвестность и то, что я сейчас полностью беззащитна, убивали меня, буквально разъедали изнутри. Я тихо сходила с ума и в очередной, наверное, уже сотый раз корила себя, что выбросила горошину с ядом, что не воспользовалась ликсией по назначению, уцепилась за призрачную надежду. Что не сбежала, когда могла.

Чтобы как-то отвлечься, хотя бы чем-то себя занять, я все время вслушивалась в окружающее пространство. Напрягала слух, пытаясь уловить каждый шорох, каждое слово, которыми нет-нет да перекидывались окружающие меня дэйш’ли. С помощью своего странного дара пыталась понять, сколько полукровок меня окружает и есть ли поблизости эльфы.

Парадокс, но мне доступно чувств больше, чем остальным людям. Помимо слуха, зрения, осязания, вкуса, обоняния и пресловутой интуиции, у меня есть еще и непонятное, сверхъестественное чутье. И иногда этот странный дар вполне может заменить зрение, особенно вкупе с присущим мне нечеловечески острым слухом. Вот и сейчас я с уверенностью могла сказать, что фургон с моим бренным телом стоит в углу весьма обширного двора. То ли конного, то ли какого иного… Хайдаш знает, как ушастые это место называют.