Твоя на одну ночь

– Куда ты ездила с Мелани? – потребовал он ответа.

Врать было глупо. Хотя и признаваться в собственной наивности и доверчивости было стыдно. Намюр слушал внимательно, не перебивая, и только когда я закончила, сорвался:

– Джейн, о чём ты думала, слушая эту интриганку? Как ты вообще могла решиться на такое, не посоветовавшись со мной?

Я виновато опустила голову. Приближался день его именин, и мне хотелось сделать ему подарок. А что подходило для этой цели лучше, чем чертеж машины, о которой мы грезили уже несколько месяцев?

– Я не ожидала опасности со стороны Лоренцы. Я покупаю у нее информацию уже не первый раз, и никогда прежде она не обманывала меня. Ты же помнишь – новую шелкокрутильную мельницу мы построили именно по ее рисункам. Она каждый раз привозила из Эталии что-то полезное. Я купила бы эти чертежи и открыто, на законных основаниях, но хозяева мануфактуры в Долонье, которым я писала неоднократно, и слышать об этом не хотят. А Лоренца говорит, что все эти машины придумывает ее отец, чьей светлой головой владельцы мануфактуры пользуются безо всякой совести, платя за его придумки сущие медяки. А ленточный станок? Разве он не стоил тех денег, что я заплатила Лоренце? Его может обслуживать даже ребенок или полный профан.

Станок, на котором одновременно несколько десятков лент, позволил нам завалить шелковыми лентами всю Эльзарию. Стоимость их производства стала уже столь невысока, что мы могли продавать их по весьма привлекательным для покупателей ценам, и мы уже стали задумываться о выходе на другие рынки. Камрия, Нерия – а почему бы и нет? И визит в Луизану камрийского короля мог оказаться весьма кстати.

Тот же станок, о котором Лоренца заговорила в нынешний приезд в Эльзарию, мог бы дать нам возможность выпускать шелковые ткани с любыми рисунками, что позволило бы нашим мануфактурам сделать решительный шаг вперед. Узорчатое ткачество до сих пор было тем, в чём мы еще не могли конкурировать с этальянцами, хотя наши мастера в прошлом году тоже опробовали несколько своих разработок – но те станки, что мы установили на нашей опытной мануфактуре в Трези, были слишком громоздкими и сложными в применении, чтобы можно было распространять их по другим мануфактурам.

– Мы каждый раз встречались с Лоренцой в подобных местах, – я продолжала оправдываться. – Обычно, приезжая в Луизану, она снимала какой-нибудь домик в неприметном месте и сообщала мне адрес. Я приходила туда, и мы совершали обмен. Она всегда настаивала на соблюдении строжайшей тайны – никто не должен был знать, что она привозит в Эльзарию чертежи своего отца."

"– Ну, хорошо, Джейн, – тон Намюра немного смягчился, – я понимаю, почему ты на это пошла.