Ночь со зверем

— Эйден, если ее у тебя не станет, ты не выживешь…

— Это ты не выживешь, — перебил его спокойно. — Ты и Арджиев — вы ничем от меня не отличаетесь и точно так же убиваете тех, кого не можете оставить в живых, чтобы спать спокойно. — На скользнувшее в его взгляде изумление я только усмехнулся. Он думал, что один такой умный? — Я знаю, что вы сделали с Келлером. А еще я знаю, что твоей женщине дела нет до семьи с тобой, и это тебя злит и дергает. А теперь представь, что у нее вдруг ребенок. От другого мужчины. — Звучало слишком жестоко, но ровно так, как я планировал. Ни к чему мне привязанности такого рода. Взгляд Сезара потух и остекленел. — Мне кажется, или у тебя полно своих проблем, чтобы не лезть в мои?

Не было в моих планах тянуть к себе Айвори ближе. Только секс, только расчет. Утреннее помешательство отпустило, и без нее было даже привычней, спокойней. Я буду убивать этих тварей и ставить правительство Смиртона на колени. Мы все не имели права закрывать глаза на то, что произошло в лесу. Только тот, кто сидел в той клетке, может понять, что такое прощать нельзя…

…Я еще долго после ухода Сезара стоял в переговорной, глядя на город внизу. Чувство какого-то еле уловимого несовпадения дергало нервы. Я перебирал его слова снова и снова и постоянно цеплялся за фразу о пропавшем без вести… Почему «тоже»? Кто еще? Что его так вывело из себя на самом деле?

— Хант, — позади бесшумно возник Уилл, — чего хотел Грант?

— Ничего. — Я обернулся. — Айвори дома?

— Да. Пошла гулять с… неважно.

— Хорошо, — отчетливо скрипнул он зубами.

Я шумно выдохнул, прикрыв глаза:

— Вечером поедешь на встречу со мной.

Сегодня меня ждали в министерстве энергетики Смиртона для заключения договоров на поставку, но я был уверен — не только для этого. Будут давить и прощупывать, насколько я собираюсь быть лоялен. Им все равно, у кого покупать нефть, главное — цена.

Я не боялся людей. И это состояние предвкушения охоты, когда все просчитано и разведано, заполняло жизнь смыслом. Только где-то на кончиках нервов продолжало вибрировать послание Айвори. Девочка сама того не желала, но претендовала на смысл моей жизни. Чем больше дергалась, тем больше восхищала, и тем больше Сезар Грант казался прав — нельзя ее отпускать. Но и рядом быть невозможно.

Я крутилась по своей конуре, как заведенная. Старалась наполнить день смыслом и действиями, только бы не принимать новую реальность.

Казалось, держу карточный домик руками и ногами, но он нещадно валится от порывов ветра, и карты разлетаются по земле.

Я наготовила первое, второе, третье и даже компот. Выгребла хлам и надраила все до блеска, таская Рона на спине. Все эти хитрые позы в перевязи я освоила с самого его рождения, когда работала разносчиком почты, и мне нужны были обе руки.