Ночь со зверем

— Просто иди, — подсказал он за спиной.

И снова сказка. Немного сначала пугающая, как и ее хозяин. Мягкая подсветка заполнила пространство теплым светом, и я замерла у входа, сделав пару шагов. И страх растаял, выпуская душу. Я улыбнулась.

— Нравится? — обошел меня Эйдан.

Оба мои мужчины уставились на меня с интересом.

— Рон будто всю жизнь сидел у тебя на руках и жил тут, — улыбнулась я. — Он раньше так настороженно ко всему новому относился…

— Как и ты, — внимательно посмотрел на меня Эйдан.

— Мне нравится, — кивнула, пытаясь выдержать его взгляд.

Просто только сейчас я поняла, что полностью доверилась ему, позволила увезти себя от людей, где могла что-то решать и нести ответственность. Теперь — все. Здесь — его мир. А я в нем — лишь с его позволения. Или просьбы. Кажется, это все же была просьба.

— Устала? — направился он в гостиную с сумкой.

— Да. Но главное, что Рон отдохнул. Будет скакать теперь долго.

В гостиной все было из какого-то темного дерева — полы, стены, невысокий столик у дивана, слева — небольшая кухонная стойка. И черный холодильник. Прямо отражение цвета души Зверя. Такая же темная лестница вела выше, но даже отсюда было видно, что там не этаж, а просто спальня.

— Я справлюсь. Пошли?

— Иду. Только там же кровать.

— Еще ванная есть, — отозвался он.

— Мечта, — покачала головой я.

— Что?— выглянул Эйдан сверху, и я прыснула смехом, как Рон копировал его эмоции.

И снова этот противный укол ревности! Если бы я была загнанной мамочкой, наверное, была бы рада разгрузке, но непривычную пустоту в руках все никак не хотела принять за преимущество. Я эгоистично не хотела делиться с Эйданом Роном. Мне казалось, что еще пара дней, и сын радостно убежит в лес медвежонком. И даже не вспомнит меня.

— Здесь ванная, — приоткрыл Эйдан двери.

Скошенная крыша на втором ярусе оставляла мало пространства, но дизайну это не мешало. В углу прекрасно вмещалась треугольная ванная из темного камня, такая же раковина у входа.

— Уютно, — похвалила я.

— Правда? — вздернул он бровь, усмехаясь в своей манере.

— Ты переживаешь, что мне не понравится?

— Зря. Мы с Роном аскеты, все, что больше картонной коробки — уже хоромы, — улыбнулась, хотя бы образно перетянув ребенка на свою сторону. Но тот самозабвенно жевал папины пальцы, не обратив на мой маневр никакого внимания.

В двери неожиданно постучали, да так громко, что я вздрогнула. Эйдан прикрыл глаза, усмехаясь, и вручил мне ребенка:

На террасе слышались голоса, будто там толпа собралась. А стоило ей открыться, эта толпа ввалилась в гостиную. Уилла я уже знала — он завершал процессию. А вот черноволосая женщина в простых джинсах и кофте первая подошла к Эйдану.