Ночь самой дорогой любви

Пришлось как-то выходить из положения. Тем более, вдвоем я их оставлять не собирался.

Мы продолжали напряженно молчать, пока кошка отчитывала нас, как злая училка. Меня жутко заводил её сердитый вид, не говорят уже о том, как уверенно она управляла моим танком. Сексуальная девочка за рулем сексуальной машины. Надо поскорее выпроводить этого хрена, чтобы я смог остаться наедине со своей малышкой.

В фельдшерский пункт я заходить не стал. Лика проводила бывшего и вернулась в машину. Усталым голосом заставив мою кровь вскипеть.

— С Никитой мы встречались пять лет. Будь добр отнесись к нему с уважением.

Меня прям порвало.

— С уважением?! Лика он наговорил тебе всякого дерьма, а я должен молчать?

— Он был зол. И это не твоё дело, Макс. Не вмешивайся.

Заебись. Так, значит.

— Лика, ты все еще не поняла? Ты моя. И я не собираюсь делить тебя с кем-либо.

Девушка невесело рассмеялась мне в лицо.

— Твоя кто? Девушка? Подруга? — почти выплюнула фразу. — Шлюха? Что-то я не помню, чтобы мы с тобой обговаривали мой статус.

— Прекрати.

Но её уже несло.

— Ты появляешься в моей жизни только чтобы трахнуть, а потом просто исчезаешь. Знаешь, как это называется? Не очень приятный расклад для меня. Извини, я пас.

Она вышла из машины и сердито зашагала к пункту скорой.

Выскочил вслед за ней, успев перехватить руку, прежде чем она открыла дверь.

— Мы не договорили.

— А по-моему всё итак ясно. Я не стану твоей шлюхой, Макс. Тот раз был случайностью. Клиентом мог оказаться кто угодно. Просто так вышло, что ты стал моим первым. Это ничего не значит. По крайней мере для меня, — девочка нехотя подняла глаза и убила безразличием, плескавшемся в них. — Ты неплохо трахаешься, Макс. Но у нас ничего не выйдет.

Забила последний гвоздь в крышку гроба. Я разжал пальцы и выпустил её запястье.

Дверь открылась и на пороге показалась фигура того хера. На лице несколько пластырей и заклеенная переносица.

От фразы, произнесенной Ликой, кажется, охуели мы оба. Она протянула руку бывшему и тот, переплетя пальцы с её, потянул кошку в сторону выезда с парковки.

— Идем домой, Никит…

46. Лика

Народная мудрость гласит: «Брось парня первая, пока он не отшил тебя сам». В том, что это мудрость я готова была поспорить. Хрень какая-то, если честно.

Шла вторая неделя объявленного мной бойкота. Вставать дыбом для моих волос стало так же привычно, как мне дышать. А все потому, что Максим каждый сука день находил повод указать мне мое место. Ничтожества. Что живет за плинтусом.

В ту ночь я блефовала. Просто проводила Никиту до дома, ведь он жил неподалеку, и уехала на такси домой. На площадке море крови и лепестки роз. Устрашающая картинка. Как в дешевых ужастиках. Выкинула цветы и замыла пол.