Ночь самой дорогой любви

— Насколько мне известно, жених не против свадьбы, ты одна ломаешь комедию. Заканчивай.

— Потому, что я не хочу портить жизнь нам обоим. Как ты не понимаешь?

35. Макс

Мне надоело обсуждать одно и тоже. Попытался сменить тему, пока настроение окончательно не испортилось.

— Как твоя нога?

Блондинка поняла намек и ответила.

— Врач сказал, через пару-тройку недель можно будет снимать гипс. Если заживление продолжится по плану. Унеси меня на диван.

Я покорно подчинился и аккуратно усадил подругу в гостиной, расположив поврежденную ногу на пуфик. Пришлось пройти в обуви. Но домработница Арины меня простит. Надеюсь. Ведь она по совместительству и моя.

Разувшись и скинув куртку, я направился на кухню и загрузил кофемашину. Пошарив в шкафах нашел горькую шоколадку и положил на стол. Как можно есть эту гадость? Арина любила сладкое, но для подержания фигуры ограничивала себя. Раньше, помнится, она ела шоколадки тоннами и не переживала за последствия. Но тогда она была чуть объемнее.

— Макс мне маккиато! — донесся до меня её писклявый голосок. На самом деле голос у Арины красивый. Как у большинства девушек в меру нежный, и тонкий. Но мне нравилось её подкалывать и издеваться. Она мне как сестра. А сестру «не подъебешь — ни проживешь», как говорится.

— А я думал гляссе… — три. Два. Один.

— Ты с ума сошел! Забыл, как меня может разнести от такого количества калорий?

Сварив кофе, я поставил чашки на поднос, туда же плитку шоколада и расположился на диване, рядом с подругой. Арина придвинулась к моему плечу, и я обнял её, поцеловав в макушку.

— Ты такой хороший, Макс. Твоей девушке повезёт.

— Если она переживет тщательный досмотр со стороны отца, — не удержался я.

— Зачем ты это делаешь?

Я едва заметно напрягся. Но Малиновскую не проведешь. Сквозь тонкую ткань серой футболки она почувствовала мой сбившийся пульс.

— Зачем идешь на поводу у Виталия Петровича? Со мной все понятно, я не смогу без финансовой поддержки моего папаши. А ты? У тебя свой автосалон! Разве ты не протянешь без его бабла?"

"С самого детства мы с Ариной были друзьями. Я знал её с тех времен, когда она еще бегала без передних зубов. Мы росли вместе, и знали друг о друге всё. Почти всё. Мы были братом и сестрой не по крови, но по призванию. Но одна тайна с самого детства стояла между нами. Я не хотел рассказывать Арине о своей семье. Не мог. Боялся, что если озвучу это вслух, обратной дороги не будет. А может, просто не знал, как начать об этом разговор. Так или иначе, у отца имелся рычаг воздействия на меня, и он им успешно пользовался, не давая мне возможности бросить всё и уйти. Я пытался скинуть поводок со своей шеи, но это оказалось сложнее, чем я думал. Пришлось терпеть, стиснув зубы.