Ночь поцелуев

Когда мужчина начинает вести себя как рыцарь «Круглого стола», это означает, что он, прости за выражение, намерен встряхнуть простыни. В данном случае твои.

— О нет, — слабо возразила Кейт. Воображение живо представило картину: Гейбриел в ее постели, заключает ее в объятия…

— О да, — уверенно подтвердила Генри. — Не советую играть в карты по-крупному, дорогая: твое лицо слишком красноречиво. Все грехи на виду.

— Будущие грехи, — уточнила леди Роут с иронической усмешкой. — Главное — не поставить себя в дурацкое положение. Надеюсь, знаешь, что надо делать, чтобы обезопасить себя от нежелательных последствий?

— Да, — ответила Кейт, пунцово покраснев. — Но мне это ни к чему. Я сказала ему… — Она поняла, что проговорилась, и осеклась.

— Потрясающе! — воскликнула Генриетта. — К сожалению, будущая жена нашего героя появится с минуты на минуту. Если бы позволили обстоятельства, хотела бы ты оказаться на ее месте?

Кейт покачала головой и приняла из рук крестной чашку с чаем.

— Но почему? Принц представителен, хорош собою и не пахнет конюшней. Бывают женихи и похуже.

— Слишком похож на моего отца, — честно призналась Кейт. — Вплоть до того, что тоже вынужден жениться на деньгах. Впрочем, он в этом не виноват, так же как не был виноват отец. Но почему-то не хочется в одиночестве лежать в темной спальне, в то время как муж будет ухаживать за другими женщинами.

Генри прикусила губу.

— Признаюсь, что испытываю чувство вины. И при этом, кажется, впервые в жизни.

— Я имела в виду вовсе не вас, хотя, честно говоря, лучше бы он изменял маме с вами, чем с Марианной. Главное заключается в том, что он попросту не любил жену, не уважал и нисколько с ней не считался. А я мечтаю о настоящем браке.

— Настоящий брак… нелегко определить, что ты вкладываешь в это понятие. Семейная жизнь сложна.

— Если в нее вступают с уважением и любовью, сложности, наверное, не так заметны.

— А почему ты решила, что принц не питает к тебе этих чувств?

— Он питает ко мне вожделение, — откровенно пояснила Кейт, — а это мало что значит.

— Без вожделения ничего не бывает, — покачала головой Генриетта. — Между мужчиной и женщиной, разумеется. Представь, например, твоего предполагаемого жениха, лорда Димсдейла. Если бы женщина смогла почувствовать к нему вожделение, чувство пришло бы само собой. В ином случае… совсем не уверена.

— Гейбриел тяготится необходимостью жениться по расчету: это противоречит его характеру, — и потому, ради самоутверждения, в свободное время ухаживает за мной. Раздумывает, не сделать ли меня любовницей. Играет в принца, влюбленного в дочку свинопаса.

Последовало долгое молчание.

— Что ж, оценка холодная, — наконец заключила леди Роут. — А мне принц видится страстным, ради любви готовым на многое.