Ночь над прерией

Отложила отдельно кости фазана, из которых можно было еще что-нибудь приготовить, и принялась за уборку помещения. Веник был свежий.

— Это я для тебя, — сказал старик. — Я слышал, какая чистота у вас в школе, и подумал, что тебе захочется, чтобы и здесь было чисто. Но пройдет, пожалуй, несколько дней, а то и недель, пока ты наведешь порядок, ведь двое мужчин всегда что-нибудь приносят с собой. Впрочем, вода совсем близко.

Квини не заставила повторять ей это второй раз. Она вышла наружу, с ней вышел и Стоунхорн, и оба принялись собирать ведра, в которых еще можно было принести воду.

— Ближайший колодец на той стороне, у Бута, — заметил Стоунхорн, — но мы туда не пойдем.

Он пошел вдоль склона, однако не так быстро, как ему обычно позволяли его длинные ноги, и Квини последовала за ним.

К вечеру ветер посвежел. Трава клонилась под его порывами. На заброшенном кладбище, расположенном неподалеку от дома Кингов, длинная, уже пожелтевшая трава прижималась к покосившимся деревянным крестам. И только толстый, слегка изогнутый шест, на котором висели перья, стоял совсем прямо. Так у индейцев обозначалась могила вождя. Там, где он стоял, была земля индейцев. Даже если он стоял на могиле.

Тачина задумалась: кто нашел здесь последнее прибежище, свою последнюю типи?

Розовый свет заката сиял над Белыми скалами. На склон долины, по которому шли Стоунхорн и Квини, легли тени. Джо ускорил шаг. Вероятно, колодец был еще далеко. Но Квини это не смущало. Они были вдвоем. Ветер доносил аромат отстоящих за сотни миль лугов, запах белых роз, смолы и далеких лесов. Стоунхорн вел ее постепенно наискось вниз, и через час они были у колодца. Они тут оказались не одни. Другие семьи тоже издалека приходили сюда. Это место, вероятно, служило и для обмена новостями, но Стоунхорн был не склонен вступать в разговоры, а Квини была вежлива, но сдержанна. Когда с наполненными ведрами они направились в обратный путь, Стоунхорн сказал:

— Нам надо автомобиль или хотя бы мешки для воды, которые можно бы навьючить на лошадь. Не можешь же ты постоянно сюда таскаться!

— Но раньше-то вы так и делали?

— Да, но нам не требовалось столько воды, и потом, меня чаще всего не бывало дома.

Обратный путь с ношей был труден и занял значительно больше времени.

У дома их снова с лаем встретили голодные собаки. Ночное небо было чисто, и звезды сияли над темной прерией и белыми утесами. Шоссе в долине словно вымерло.

Отец еще не спал и зажег керосиновую лампу. Выражение его лица несколько изменилось, но Квини, которая его еще так мало знала, не могла сказать как. В одежде и сапогах он улегся на постель.

— Что вы думаете делать дальше? — спросил он сына.

— Квини купила себе кобылу. Я хочу заняться разведением коней. Квини хочет еще завести кур и одну или две овцы.