Ночь над прерией

Произошло еще одно падение, при котором наездник отделался сравнительно легко, и второе, когда пришлось вмешаться врачу «скорой помощи». Успешные выступления состоялись в конце у номера 19 и у номера 20.

Был объявлен окончательный результат состязания бронков без седла. Джо еще не вполне отдавал себе во всем отчет, когда услышал:

— Победители: первое место — Джо Кинг, по времени и по очкам; второе место… третье место…

Еще не вполне ясно сознавая, что это прозвучало его имя, он поспешил как можно скорее скрыться с глаз и исчез в индейской палатке, в которой располагался с семьей.

Квини смеялась и плакала и от запоздалого волнения и от радости. У Унчиды стояли в глазах слезы. Окуте улыбался.

Стоунхорн произнес только одно слово: «Проклятье»— и основательно проверил, целы ли у него руки и ноги.

— Ты можешь своего жеребца использовать как племенного, — заметил Окуте. — Конюшни родео не берут у тебя «кусаку», им он не нужен.

Стоунхорн поразмышлял некоторое время, сидя на медвежьей шкуре, и наконец обнародовал свое решение:

— На раздачу призов я не пойду. Я всегда могу сказать, что я был слишком разбит. На деньги ты, Квини, получишь мою доверенность. Я не желаю десятки раз слышать, что я, индеец, добился первого приза, и при таких вот обстоятельствах! Я не хочу десять и двадцать раз заявлять, что я не пью, что я не имею права пить, что мне нельзя сидеть за одним столом с теми, кто пьет, что я победил на родео в Нью-Сити и был приговорен к трем месяцам тюрьмы, потому что не мог спокойно смотреть, как оскорбляют и избивают индейцев, — может быть, после этого люди иначе себя вести будут.

— Радуйся, Инеа-хе-юкан. Ты сохраняешь своего Пегого. Я боялся, что ты застрелишь его, если зайдет речь о продаже. Ты ведь таков. Животное спасло себя и тебя.

— Может быть. Но я потрачу деньги на свое ранчо. Если я и не люблю американский образ жизни, то живу я все же в Америке.

— У тебя первый приз, на что ты потратишь деньги — это твое дело. Я бы мог тебе сказать это раньше, однако я решил подождать, что скажешь ты.

— Мне стыдно. — Это было верное слово для такого человека, как Джо.

— Ты не торговец лошадьми, Инеа-хе-юкан. Наши предки скакали на мустангах и убивали бизонов. Ты и твои друзья скачут на бронках, и ты покупаешь скот. Хау.

Палатка стала наполняться. Все, кто располагался в деревне, хотели поздравить победителя, которым индейцы гордились. Нерешительно интересовались также уже и тем, что собирается победитель выделить для совместного праздника.

— Вы хотите чего-нибудь выпить?

— Как же иначе, Джо!

— Нам это не позволено.

— Не позволено! В киоках не спрашивают о том, есть у нас разрешение или нет. Главное, мы платим.

— Я не выдам на это ничего.