Ночь над прерией

Но Фрэнк узнал автомобиль Джо и открыл. Только он остался стоять в дверях. Джо не нашелся сразу, что сказать.

— Что это спозаранку? — пробурчал Фрэнк. — Двадцать тысяч?

Уголки рта у Джо опустились, он поприветствовал Фрэнка поднятой ладонью, снова сел в свой автомобиль и поехал обратно в долину Белых скал.

— У него не все дома, — сказал Фрэнк себе. — Но он не так просто прикатил сюда.

Он схватил шляпу и побежал за своим автомобилем в гараж. Мотор не захотел сразу заводиться, но наконец все же подчинился, и Фрэнк поехал вслед за Джо, который уже исчез на шоссе в долине.

Он не застал Кинга дома, потому что тот ушел вниз к Мэри, но он терпеливо дождался его возвращения.

Оба уселись рядом. Квини занялась чем-то снаружи. Окуте поехал верхом на карем.

— Ну так что же ты хотел, Джо?

— Чего же ты хочешь теперь, Фрэнк?

— Да уж никак не двадцати тысяч. Но чтобы ты мне помог. Площадка для родео пригодилась бы и тебе.

— Я думаю все время не только о себе. Но нужно продвигаться вперед, и нам нельзя распылять ни себя, ни средства. Ты позаботься о деньгах или материале для ограждения и для боксов. Трибуны нам здесь не потребуются. Потом я займусь тренировкой юношей в стир-рестлинге, ловле бычков, скачке на бронке и на быке. Должно же у нас что-нибудь получиться. Это мне вчера вдруг пришло в голову. Должны же мы что-то делать.

— Ну, это же великолепно, Джо! А как твой колодец?

— Грунтовые воды находятся на глубине пятьсот футов от вершины холма. Да, вода здесь есть даже для индейцев, и бог существует не только для белых людей.

— Значит, ты еще во что-то веришь, Джо?

— Джо, разве ты не был тоже с нами?

— В шестнадцать. Давно. Ты сам-то еще веришь в это?

— В большой день, который наступит для индейцев? Да, в это верю не только я. Но во что веришь ты, Джо?

Джо с сомнением смотрел перед собой.

— Я знаю, что я маленький и есть что-то большое. Но что? Может быть, дьявол.

— Тайна, говорили наши отцы. Они были готовы пожертвовать собой ради друга, но и постоять за себя. Ты видел шрамы Окуте? Он прошел через Солнечный танец, когда был молодым, таким молодым, как ты.

— Мне придется еще пройти сквозь огонь. Я чувствую это.

Выпал снег, и Стоунхорн, дополнив навес для лошадей дощатыми стенками, превратил его в конюшню. Но лошади входили и выходили через открытую дверь когда вздумается. Корм они получали в своем убежище. Все расположение ранчо было теперь обнесено электрической изгородью, как и у белых людей. Действовал колодец. Лошади вдоволь пили, и у Квини была вода для хозяйства. С обводнением лугов можно было уже начинать весной. Чему Квини вначале больше всего удивлялась, так это электрическому свету. Ей достаточно было теперь только включать или выключать его, как сэру Холи, мистеру Шоу и миссис Холленд.