No matter what I'm with you (СИ)

Играло что-то неизвестное, но быстро въедающееся в мозг – «Pjanoo» послышалось из толпы от кого-то, кто пытался объяснить, что за трек выдал сейчас ди-джей. Трек и вправду был основан на незамысловатой партии пианино, но песня была насыщена и другими живыми звуками и эффектами, создавая ощущение окрыления, свободы – непременно хотелось двигаться всем телом в такт мотиву.}

}Глотнув немного содержимого напитков, братья постепенно входят во вкус, находя свою манеру танца, двигаясь точно в ритм, задавая ему свою особенность: все ещё держа в правой руке коктейль, Билл поднимает руки вверх, хаотично двигая телом, невольно соприкасаясь с другими разгоряченными телами. Том прекрасно знал, что в толпе отдающейся танцу молодежи, они были самыми соображающими, что позволило ему действовать решительно. Подойдя к близнецу сзади, он провел руками по стройному телу брата, оставляя руки на бедрах любимого, подстраиваясь под такт движений Билла, покачивая всем телом под стать его телу. Поставив, почти допитый, мохито на поднос официантке, руки младшего Каулитца накрывают пальцы близнеца, требуя страсти, пошлости, некой агрессии. Но в действиях Тома лишь трепетность и томительная нежность. Их тела были уже вплотную друг к другу, теряя голову от этой близости, они замедлили темп движений, при этом все ещё чувствуя ритм, не сбиваясь с него. Том шептал что-то близнецу, а тот лишь шумно вдыхал и выдыхал воздух, насквозь пропитанный страстью, похотью, алкоголем и совсем немного дымом дорогих сигар, чувствуя, что алкоголь берет над ним верх… чувствуя, что желание старшего Каулитца столь очевидно – оно одно на двоих.

Длинный трек все никак не желал кончаться, предположительные семь минут растянулись до получаса – в этом было преимущество играющего сет, ди-джея, но близнецов мало волновал фон их ухода. Том все еще обнимал близнеца сзади, лаская под облегающей футболкой плоский животик, наслаждаясь томными вздохами возлюбленного, желая его все сильнее. Совсем рядом с чилл-аутом, старший Каулитц развернул Билла к себе лицом, немого вдавливая его в стену, при этом страстно впиваясь в сладкие от мохито и почти съеденного клубничного блеска губы, играя со штангой в юрком язычке. Не разрывая страстный поцелуй, Том открыл дверь, что вела в заветную комнату. Чилл-аут поражал воображение: стены были обиты белой кожей, которая освещалась ядовитыми оттенками небольших прожекторов, что были так же встроены в стены, придавая комнате пикантности. Широкие диваны, походящие на многоместную кровать, были обиты так же, в белую кожу, а по середине комнаты стоял стеклянный столик для напитков, освещаемый теми же ядовитыми цветами, создавая немыслимую иллюзию.