Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

"

"– Теть Света? Да, нашел, – заговорил Женька, рассеянно глядя в телевизор – там шли какие-то культурные новости об открытии очередной выставки картин в одной из бесчисленных галерей Питера. – Все в порядке с ней, конечно, – заверил он обрадованную женщину. – Минут через сорок приедем, ждите. Да не за что, ну что вы. – Он улыбнулся уголком губ, наблюдая, как взволнованного молодого художника поздравляет очередной меценат с брюшком и трясет его руку.

Закончив разговор, Женька спрятал телефон, покосившись на лестницу – там как раз послышались шаги, и на ступеньках появилась Аня. На ее плече появился рюкзак, волосы она собрала в низкий хвост, лицо девушки выражало одновременно смятение и странное упрямство.

– Я готова, – негромко произнесла она, не глядя на Женю, и кивнула подруге: – Том, я позвоню, спасибо.

Та неловко пожала плечами, обхватив себя руками. В напряженной тишине Соколинский вышел в коридор, Аня за ним.

– Телефон включи, мать там с ума сходит, – буркнул он, надевая ботинки.

Девушка поджала губы, сдернула с крючка куртку и надела и только тогда достала из кармана джинсов плоскую коробочку смартфона.

– Ты же наверняка ей уже позвонил, – хмуро отозвалась Аня, зыркнув на него.

– Поговори мне еще, – одернул ее Женя и крепко взял за локоть, подтолкнув к двери. – Вперед.

Они вышли на крыльцо – Аня даже вырываться не стала, к легкому удивлению Евгения, – пересекли двор и покинули его через дверь в заборе. Соколинский открыл машину и усадил беглянку вперед, потом уселся за руль и повернулся к ней, сидевшей прямо и смотревшей перед собой, сжимая в руках рюкзак.

– Ань, не надоело, нет? – тихо начал Женя, чувствуя уже не злость и раздражение, а бесконечную усталость. – Сколько можно нервы матери мотать? Ты вообще думаешь, что она чувствует каждый раз, как тебя на авантюры тянет? Зачем ты вообще все это устроила? – Он мотнул головой на дачу. – Кому что хотела доказать, Аня?

– Не отчитывай меня как маленькую! – вдруг резко отозвалась она, зло сузив глаза, и метнула на собеседника раздраженный взгляд.

– А ты и есть маленькая. – Женька пожал плечами и отвернулся, положив руки на руль. – По поведению уж точно лет на шестнадцать тянешь, не больше.

– Да что ты вообще понимаешь! – Она вдруг всхлипнула, обхватила руками рюкзак и съежилась на сиденье. – Ничего, вообще ничего! Тебе не приходило в голову, что я ради тебя это все, как ты выразился, делаю?! – выкрикнула вдруг Аня и отвернулась, прикусив губу.

Женька, совсем не ожидавший истерики от взбалмошной, но обычно веселой и жизнерадостной девчонки, опешил и моргнул, почувствовав растерянность. Плачущие женщины заставляли его нервничать и чувствовать себя виноватым, даже если это было не так.