Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

При приближении к нужному месту ладоням должно стать тепло, а для более детального определения – приложить пальцы к бумаге, и когда их начнет покалывать, надо ехать в ту сторону. На месте уже кровная привязка будет работать четче, и выйти на след не составит труда. Карта отозвалась, когда его ладони приблизились к Красному Селу, и пальцами Женька быстро нащупал, где же именно обреталась бедовая Анька, которой он уши надерет за причиненное беспокойство матери. Когда найдет, конечно.

– Здесь, – уверенно объявил он, ткнув пальцем в место на карте. – Я поехал.

Светлана облегченно вздохнула и прижала руки к груди.

– Можно с тобой? – Она с надеждой посмотрела на Женю.

– Я привезу ее, теть Света, – заверил он и встал. – А ехать не надо, посидите тут, мы же не знаем, как там что. Мне так спокойнее будет.

– Хорошо, Женечка, как скажешь, – согласилась женщина, не настаивая, хотя наверняка ей очень хотелось.

– Я позвоню, – успокоил он ее и поспешил в коридор.

Бросив взгляд на часы, отметил, что дело движется к полудню – пока доехал сюда, пока искал, время пролетело незаметно. Порыв позвонить Алене Лис жестко задавил: если бы захотела, она бы сама позвонила. И, подумав, он совсем выключил телефон, чтобы не отвлекаться от поисков. Как Аня будет сидеть в машине, так и включит обратно. Пока же лишние эмоции только помешают. Но совсем отвлечься от размышлений о своей личной жизни у Женьки не получилось. Пока ехал по КАД, мысли сами свернули на Алену, ее отношение к нему и… Рэма Рожнова, их нового шефа. Лис нахмурился и неосознанно сжал руль, в груди словно зашевелился большой и колючий еж. Соколинский ревновал."

"Да, ни сам начальник, ни тем более Алена поводов не давали, но звериное чутье выло сиреной, и Женька волей-неволей отмечал все те мелочи, которые вроде бы ничего не значили, однако заставляли нервничать. Да и слова Рады не добавляли спокойствия, реакция Алены на предложение подтверждала его худшие подозрения. Женька безумно боялся потерять свою белую лисичку и поэтому постоянно опасался сделать или сказать что-нибудь, что может ее задеть или обидеть. Еще свежи были воспоминания о том, как она долго не принимала его ухаживания всерьез, и тем удивительнее было, что Аленка теперь с ним, рядом, живет в его квартире и спит в его постели. Нежная, мягкая, улыбчивая. Но… временами такая далекая, особенно когда она сидела на кухне, на любимом месте, и отрешенно смотрела в окно. Лис в такие моменты, когда заставал ее там, готов был отдать что угодно за возможность заглянуть к ней в голову. И еще прошлое Алены. Она сказала, что не помнит его с момента, как появилась здесь, в Питере, да и про свое появление тоже особо не распространялась. А Женька знал, что песцы живут в Мурманске.