Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

С Катей я договорилась, что она приедет сразу после занятий, где-то через часик как раз. После чего малодушно сбежала на кухню готовить себе обед. После невнятного очередного предсказания Рады в обществе Рэма без свидетелей я нервничала еще сильнее, казалось, запах мороза и ландышей невидимым шлейфом преследует меня по всей квартире. Даже вот сейчас, в кухне… Я резко выпрямилась, чуть не выронив пакет с пельменями, и обернулась. Рэм стоял, прислонившись к косяку, крутил в пальцах чашку, и хотя не смотрел на меня, все равно стало не по себе. Слова вырвались сами, прежде чем я успела понять, что говорю и, главное, зачем.

– Знаешь, я не хочу говорить о моем прошлом, вообще, – отвернувшись, произнесла, высыпав пельмени в воду. – И менять в своей жизни тоже ничего не хочу, – добавила после короткого раздумья, как можно решительнее.

– Ну… хорошо, – с легким удивлением ответил Рожнов. – Не меняй, Ален. Я вообще чашку зашел помыть. – И он подошел к раковине.

На несколько мгновений я почувствовала себя глупо, но положение спасли вернувшиеся Князевы, разбавив обстановку и нашу компанию. Андрей и Рэм удалились в кабинет что-то обсуждать, я же осталась на кухне, обедать, и ко мне присоединилась Василиса.

– Ален, все нормально? – неожиданно спросила она, подперев кулаком щеку и внимательно посмотрев на меня.

Я аж чуть пельмешкой не поперхнулась, вернув ей недоуменный взгляд.

– Да, а что? – осторожно уточнила, внутренне насторожившись: неужели по мне что-то понятно?

– Ты какая-то напряженная, взвинченная. Вы не поссорились с Женькой? – Ведьма чуть нахмурилась.

– Н-нет. – Я прожевала, вздохнула и решила рассказать Василиске о странном предсказании Рады. – Вот как-то так, Вась. – Я отправила в рот очередную пельмешку. – И Женька дергается ни с того ни с сего, ревность в нем взыграла. – Я не удержалась и фыркнула.

Ведьма задумчиво улыбнулась.

– Ну, я его понимаю, Рожнов видный мужик, – понизив голос, произнесла она. – А ты, Ален, прости, Женьку не любишь, – вдруг заявила решительно Василиса, и я второй раз чуть не выплюнула пельмень.

– А при чем здесь любовь? – Я пожала плечами, покосившись на собеседницу. – Мне с Женькой хорошо, он классный мужик, заботливый, милый очень.

– Но ты его не любишь, – настойчиво повторила Василиса и перестала улыбаться. – Уж извини, Ален, но если по-честному, по-бабьи, Рэм тебе больше подходит, – выдала она, чем ввергла меня в легкий ступор.

– Ва-ась, ты вообще о чем? – Я собрала последней пельмешкой сметану. – Рожнов в мою сторону и не смотрит, что вы, сговорились, что ли? – Внутри поднялось непонятное раздражение, и я отодвинула пустую тарелку, поджав губы. – Я не собираюсь бросать Женьку и за его спиной крутить амуры тоже! Все, тема закрыта.