Няня поневоле

— Хоть со смыслом мы сюда притащились? — тихо спрашивает Трофим, ждавший меня там же на террасе, но чуть поодаль.

— Да, — киваю своему помощнику. — Там была история. Один в один как с нашим синим другом, — кошусь на водителя тачки. Араб в арафатке резво ведет фордик по трассе. Кого-то обгоняет постоянно, кому-то сигналит. Оно и к лучшему. Можно поговорить, если шепотом. — Человек просто сгинул. А вместе с ним еще и пачка аккредитивов на предъявителя. Их не нашли до сих пор.

— А мужик этот всплыл? — смотрит на меня напряженно Трофим.

— Да, — замечаю, ощерившись. — Через полгода в речке нашли…

— Мож, и Синька так же, — ухает как филин Трофим.

— Не удивлюсь, — усмехаюсь кисло. — Нужно сразу, как вернемся, встречаться с Дунканом и Тавридой. Если к нам такая опасная дрянь залетела из-за долгов Синьки, то лучше забыть старые обиды и действовать сообща.

— У тебя есть, что им предложить?

— Конечно. Назначай встречу. Чем раньше, тем лучше. Можно даже сразу после прилета.

— Хорошо, — бубнит он и тут же начинает кому-то писать. Стрелка — дело хорошее. Но вся подготовка к ней лежит на Трофиме. Если налажает, то и сам может не вернуться.

Достаю из кармана сотовый и чуть ли не задыхаюсь от возмущения. Мне только ленивый не позвонил и не написал. Маман, Элла и, конечно, Линара. Из них троих чувствую вину только перед любимой. Уехал неизвестно куда, и три дня ни слуху ни духу. Особенно, после ее признаний. Три дня пытаюсь понять и не могу, что тянет молодую красивую девчонку к старому надутому пню. Бабло?! Только оно! Но Линара не похожа на тех телок, кто привык устраивать жизнь через койку. Вон, с трудом уговорил платья купить для театра и для приема у губернатора! Какие еще деньги, если свою зарплату она не тратит? Сидит как мышь в норе. Прячется… Этот концерт дурацкий! Ну, если ищут тебя, какого поперлась в люди? И подумала б своей башкой дурной, почему в нашем Задрыщенске решила выступить Лира Амани? Или хотя бы мне сказать! Глухое раздражение, поселившееся внутри, уже давно сменилось яростью.

Оторвать бы Линаре ее красивую башку за все ее выходки. Тихушница хренова! Я с тобой еще поговорю, девочка. Ты думала, что все рассосется само собой? Серьезно? Или замуж в коме выходила, а как очнулась, сбежала. И понятия не имеешь, с кем связалась. Шмелев, конечно, не криминальный авторитет. Но методы у него похлеще, чем у Педагога.

«Линара, девочка моя, как же ты могла так влипнуть! От такого не удерешь. Слишком маленький у нас Земной шар. Эта тварь везде достанет. И достал. Теперь вопрос времени, когда объявится. Охрану надо поставить. Или увезти куда подальше любимую?»

Я не отпущу Линару. Это даже не обсуждается. Она — моя. А со Шмелевым порешаем. Могу даже отступного заплатить. Только бы дал развод моей девочке.