Няня особого назначения (СИ)

Я сжимаю кулаки и остаюсь, но настроение, мягко говоря, испорчено."

"— Ты, конечно, можешь отказаться, но тогда тебе, пожалуй, стоит собирать вещи. Твое появление здесь было предопределено свыше сотни лет назад. Есть предсказание о том, как падет купол над нашим королевством, который накрывал его долгие века. И виной тому будет соединение замка и ключа.

— Вот блин! Так и знала, что мой сон какой-то поганый!

— Во сне твой мозг просто объяснил тебе то, что происходит и о чем твое сознание пока не знает, — говорит загадками отшельник.

— Не понимаю, объясните.

— Скажи, в тебе что-то изменилось с тех пор, как ты появилась в этом мире? — задает наводящий вопрос отшельник.

— Да. У меня что-то происходит с внешностью. То есть, она моя, но сейчас и не совсем моя. Глаза блестят слишком ярко, кожа чистая и словно сияет. Опять же… волосы. Изменения, вроде бы, незначительные, понемногу, но я не уверена, что меня сейчас узнают мои знакомые с Земли. И эмоции… я всегда была без них. Всю жизнь. И уже привыкла, даже могла некоторые из них симулировать. Улыбаться, когда нужно, сочувствующе кивать и так далее. А теперь из меня просто прет. Что-то, чему я не всегда могу дать объяснение.

— А у меня есть для тебя объяснение, — говорит с улыбкой отшельник. — Ты — замок. Который был закрыт, пока не попал сюда и не нашел ключ.

— А ключ… — бросаю взгляд на регента.

— Увы, нет. Грэм — ключ.

— Как Грэм?! — ахаем дуэтом мы с регентом.

— Вот так. Именно он пробудил в тебе чувства, ваши с ним отношения стали началом, они же станут и концом. Таков фатум.

— Знаете что… — встаю из-за стола, — мы с Грэмом видали ваш этот фатум в одном очень неприличном месте! Я не намерена что-то там делать, рискуя оставить свою дочь сиротой. И уж точно я категорически против, чтобы во всем этом участвовал ребенок, пусть он даже и король!

— А это уже будет решать сам король, — голос отшельника утрачивает мягкие ноты, теперь в нем звучит сталь. — Никто не имеет права решать за него судьбу его королевства.

— Это какая-то дичь, — растеряно смотрю на отшельника, потом на регента, — Рэнульф? Ты не хочешь хоть что-то сказать?

— Я много чего хочу сказать, Алена, но эмоциями делу не поможешь.

— Это не дело… это самоубийство. Это убийство ребенка! Рэнульф?!

Регент поднимается и почти против моей воли прижимает к себе, успокаивающе поглаживая по спине.

— Твои эмоции будут нарастать, а Грэм будет становиться все более спокойным. В конце концов ты утратишь возможность думать логически, а он — жить и радоваться жизни, — говорит отшельник и каждое произнесенное им слово вонзается иглой мне в сердце. — Алена, пути назад нет. Все началось, когда оракул показал твое отражение в зеркале и тебя пригласили работать няней.