Неадекватная няня

Взгляд мужчины потемнел, буквально обволакивает похотью, пробираясь до последней клеточки в моё тело, заполняет собой, томно ласкает изнутри каждый натянутый нерв, будоражит тёплым покалыванием, задвигает разум по самое некуда, вырывая наружу меня «настоящую».

Пальцы Дмитрия играют на струнах блаженства, блуждая в корнях моих волос. Словно ищут выход из лабиринта, мягко сжимают в кулаки пряди, притягивая горячие волны странной энергии к коже, воспаляя ею ещё больше, ещё сильнее, заставляя рецепторы жадно реагировать на тактильные прикосновения."

"— Ахх… — протяжно выдыхаю, погружаясь в безумие от всего происходящего. Мои ладони, как крылья бабочки, опускаются на гладкую плоть ствола, нежно обхватывают его по всей длине. В ответ раздаётся удовлетворённый стон Дмитрия. Низкий. Сорвавшийся в бездну выдох облегчения. Пробирающий до мурашек. Заводящий до пика услады. От его тембра уже хочется разлететься в пух и прах там, где снова всё пульсирует и горит адским огнём. Хочется вобрать в себя чудесные длинные пальцы его рук, потереться о них, медленно подобраться к краю пропасти, затем заполнить разгоряченное нутро до краев желанным мужчиной и сорваться вниз, насаживаясь раз за разом на оголенные взрывные чувства внутри моей вселенной, умирая и возрождаясь снова и снова в его жарких объятиях.

Горячий. Манящий. Живой. Ластится в моих ладонях. Упёртый и настойчив, как и моё желание владеть им. Этим прекрасным мужским достоинством. Кровь в переплетённых венках мощно пульсирует, бьется о кожу моих рук, напоминает теннисный мячик, который ударяясь со всей силой, отскакивает от стены. Снимаю подушечкой большого пальца вязкую капельку и, размазывая её по нежнейшей коже, обвожу по окружности розовую головку с побагровевшими пятнышками от прилива крови, опускаясь до самого «венчика». В порыве страсти Дима прошипел, сжимая посильнее мои волосы на затылке, натягивая кожу до терпимой боли. Отвечаю ему тем же порывом, стиснув в ладонях член, медленно растягиваю кожу до основания и обратно к головке, растворяясь в глухом стоне мужчины. Очередную капельку смазки слизываю языком, зарываясь кончиком в маленьком отверстии. Моё тело горит. В лоне уже не унять пожар обычным сжатием мышц. Жадно смыкаю губы на вершине, чтобы насладиться его вкусом. Изучаю языком гладкую поверхность, с лёгкостью скользя по самому чувствительному месту мужчины, затрагиваю тонкую уздечку, наслаждаясь нежностью плоти. Она пахнет умопомрачительной чистотой, самцом, в котором преобладают нотки мускуса и самого опьяняющего запаха — его запаха кожи после сна, особенно с тех мест на шее, где танцуют и пульсируют сонные артерии рядом с ушами, разгоняя феромоны по всему телу.