Няня для тирана

— А, ладно, — сын пожал плечами и отвернулся к моему телефону, включая новую игру.

Клык смотрит на меня в немом вопросе, но я пожимала плечами. Никогда не знаешь, как закончится эта игра. Иногда Алек сдувался сразу, иногда находил нужный ему ответ, а иногда нужно было обрубить вопросы сына, прекращая часовую игру.

— Алекс, пора спать.

— Ну мам, — растягивает гласную и смотрит на меня жалобно.

— Алексей, спать.

Блокирует телефон, кидая его на диван, и проходит мимо меня, насупившись. Всем видом показывая, насколько он не доволен. Но ничего не говорит, знает, что когда называю полным именем, со мной бесполезно спорить.

Забираю мобильник и стараюсь быстрее уйти, не желая оставаться с мужчиной наедине. Не сейчас.

— Арин.

— Нет.

Сбегаю к себе. Сын лежит, отвернувшись от меня, и обиженно сопит. Если мне после обид нужно было утешение и кто-то рядом, то ему одиночество. Поэтому ухожу в ванную.

Залезая в душевую кабину, бросаю вещи в рядом стоящую раковину, включая горячую воду. Но вместо отдыха, начинаю неметь, когда все вокруг начинает заливать кровь. Ноги подкосились, и я осела, наблюдая как крови становиться все больше. Зажмурившись, обняла себя руками и ощущала, как сердце бешено колотиться в груди. Воздуха стало не хватать, и я сжимала пальцы, стараясь болью отвлечься от наступающей панической атаки.

Но постепенно кровавые разводы начала смывать обычная вода и страх постепенно начал уходить. Боги, это ведь всего лишь шутка Клыка? Шутка. Шутка.

Смываю с себя краску, жёстко отдирая её от кожи, пока мозг до конца не осознает, что это было действительно краска и все хорошо. Руки дрожат все время, лишь немного успокаиваясь к тому моменту, когда ничего больше не напоминает о злой шутке.

Стараюсь отмахнуться от пережитого стресса. Нельзя дать мужчине почувствовать мою слабость, потому что как бы он не старался, я не уйду. Потому что страх перед Игорем сильнее всего того, что может приготовить мне мужчина.

Конечно, не представляю, как работа няней с Клыком поможет мне узнать много информации о Пуле и Вере, но без разрешения не могу закончить всё это.

Я не понимаю, как он может так поступать. Сначала обливать водой, потому приставать ко мне, теперь такая жестокая шутка, которая практически доводит до грани. Что происходит у него в голове? А его приставания? Тоже игра, попытка выжить из дома? Или просто способ получить удовольствие в таких обстоятельства?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я ни черта не понимаю, но практически плачу, поддаваясь лишним чувствам.

Нельзя.

В комнате меня уже ожидает Клык, нагло разлёгшись на кровати возле спящего Алека.